Шрифт:
Он. А у… Мы пришли в нашу первую комнату
Она. Неужели в ней всего девять метров? Она кажется намного больше. (Он целует ее) Кто-то ходит в коридоре… А здесь нет даже крючка.
Он. В ней девять и шесть десятых метра.
Она. Давай сначала сделаем крючок. (Целует его) Сколько ты раз меня поцеловал… Жить без обыкновенного крючка… как так можно? (Он целует ее. С ужасом). Боже мой… как я тебя люблю…
Ее мать (печально и прекрасно). Они — дети… Попросту дети…
Нептун (стонет). И у меня — тоже! (Почти рыдает) Правда, нюанс: сначала мы жили в комнате вместе с тещей, которая десятого фаршем отравилась… Как нам было хорошо! Как мы ждали с Улитой, когда теща заснет! С тех пор для меня храп, как музыка… как популярная песня. Сон тещи, где ты? (Вытирает глаза салфеткой)
Он. Перестань сейчас же! Он все испортит…Мы повторим еще раз.
Нептун. Да, да — на бис! И простите меня…
Нептун и Геныч уходят.
Он. Ау! Леночка! Мы пришли в нашу первую комнату. Смертельный номер! Она (почти кричит). Перестань шутить! Я не могу больше над этим смеяться! Я же люблю тебя! Я же люблю тебя! Я же люблю тебя! Я же люблю тебя!
Часть вторая
Выходят Нептун и Он.
Он (в зал). Это значит — прошло больше года. Я закончил университет, я начал работать в НИИ. Нептуша, пора вспомнить про первый год моей работы.
Нептун. Обижаешь. Я, конечно, уважаю интеллигентные занятия: я вон сам в фотографии работаю, я, если хочешь знать, когда без очереди куда лезу — всегда кричу для интеллигентности «Атас! В министерство опаздываю». Я, вон, фильм «Тени забытых предков» по телевизору до конца досмотрел. Но сегодня суббота, день отдыха. (С негодованием.) И если ты хочешь в мой выходной день повспоминать про свои протоны-электроны…
Он. А что ты кричишь?
Нептун. А сам закрой коробочку! Я к тебе пришел прямиком из детства или ты ко мне? Чем гостя из детства занимаешь? Где домино? Где футбол? Где телевизионная игра «А ну-ка, парни!»? А теперь про работу решил наладить?
Он. Нептуша!
Нептун. Обиделся я! (Молчание)
Он. Нептуша, а Нептуша… А у нас мюзикл зато скоро будет…
Нептун. Чего?
Он. Мюзикл! Это значит: когда всем весело! Поем напрополую и при этом трезвые и не психи. Вообще, мюзикл — это выход. Вот, допустим, я тебе оскорбление говорю. Обидно. А вот если я спою его тебе? (Поет) «Дурак». Вроде даже приятно, так? Мюзикл, Нептуша, это — хорошо.
Нептун. Мюзикл, Дима!
Он. Мюзикл, Федя!
Нептун. Мюзикл, Дима, — это хорошо! (Целуются) (Рукопожатие)
Он. Ау! Мы живем уже год в нашей комнате… И у нас еще рай!.. (Обращаясь к ней) Заинькин… (В зал) Заинькин — это ее тогдашнее прозвище.
Она. Да, Барбарисин.
Он (в зал). Барбарисин — это я. Почему «Барбарисин» — уже не помню, так сложилось.
Она (нежно). Барбарисин!
Он (тоже нежно). Да, Кысин… (В зал) Кысин — это второе ее прозвище. (Ей) Да, Кысин-Заинькин.
Она (в высшей степени нежно). Поцелуй меня, Барбарисин. (Он целует ее, томно) Нет, ты сделал это формально. (Снова целует) Ты очень сильно скучал без меня сегодня, Барбарисин?
Он (восторженно). Я очень сильно скучал без тебя, Кысин-Заинькин!
Нептун (элегически). То же! Все то же! И меня моя звала ласково Котик… Леночка… Заинька… Только когда расстраивалась — называла «змей вонючий».