– Позавтракаешь со мной? – спросила Альда, ласково улыбнувшись сыну.

Глаза её светились безграничной любовью. Она провела ладонью по его щеке. Данте показалось, что сейчас мама, как в детстве легонько взлохматит его волосы и звонко чмокнет в нахмуренный лоб. Может Альда и хотела сделать это, но сдержалась, а он чуть сжал её тёплую руку.

– Обязательно. Отец? – Они прошли в гостиную, он скинул куртку и присел в кресло. Альда продолжила своё занятие - снова взяла в руки леечку для цветов и подошла к стеллажу с фиалками. Они не часто оставались наедине и говорили по душам. Она соскучилась и была безумно рада его визиту. Тем приятнее, что Данте не предупредил её заранее.

– Он поехал в клуб. – Она аккуратно приподняла нижние листья цветка, чтобы влага не попала в центр розетки.

Уже много лет отец Данте посещал теннисный клуб. Он предпочитал спортивный отдых бесцельному времяпрепровождению.

– Понятно. Я забыл, что у него воскресные встречи.

Данте расслабился. Тишина располагала, спокойный голос матери, как всегда, убаюкивал. Он постучал кончиками пальцев по подлокотнику кресла, потом схватил с журнального столика газету. Едва взглянув, он бросил её обратно.

Всё это время Альда поглядывала на него с немым ожиданием. Когда молчание затянулось, она обратилась к сыну:

– Могу я спросить, почему ты так рано наведался?
– Было непонятно, кому она улыбается - ему или цветам. Она обожала фиалки. Они, как драгоценные камни то тут, то там рассыпались по гостиной – от карликовых до «гигантских»; всевозможных сортов и самых невероятных цветов: от голубого, с белой каёмкой на пушистом цветке, до алого, как капля крови.

– Можешь считать, что я соскучился.

– Хорошо, - мягко согласилась она и отставила лейку.

Данте откинувшись, уставился в кипельно белый потолок, такой белый, что если долго на него смотреть слепило глаза. Всё было привычно и, хотя вырос он в этом доме, всё же слегка раздражало, успел отвыкнуть от подобной помпезности в интерьере – дом был в стиле дворцовой классики.

Служанка дала знак, что стол накрыт. Единственное, что Данте нравилось безоговорочно - это то, что персонал в этом доме был вышколен так, что иногда сливался с мебелью.

Альда кивнула, и Данте легко поднялся с кресла.

– Лаура? – Он приобнял мать и пытливо заглянул ей в глаза. При упоминании имени дочери Альда напряглась, хотя и улыбнулась, ловя внимательный взгляд сына.

– Прекрасно. Должна спуститься с минуты на минуту.

Они прошли в столовую. Застеленный снежно-белой скатертью стол был накрыт на троих. Даже завтрак в этом доме подавали в столовой. Пахло свеже заваренным кофе и ванилью. Такие ароматы поневоле вызывали аппетит.

Большие стеклянные двери, выходящие в сад, были открыты. В комнате царила приятная прохлада, снаружи доносился щебет птиц. Данте остановился в дверях - на выходе в сад и вдохнул влажный воздух. Рано утром садовник обдал кусты водой и полил клумбы, потому явственно пахло сырой землёй и цветами.

– Чем ты собираешься сегодня заняться? – Он шагнул обратно в столовую и сел рядом с матерью. Она поставила перед ним чашку горячего кофе с молоком.

– Сегодня я планирую отдыхать. Хочу проехаться по магазинам.

– Хочешь, я отвезу тебя? – он покрутил чашку на блюдце и глянул на пустующее место сестры. Она не спешила спускаться к завтраку, что снова вызвало приступ подозрений.

– Не хочу нарушать твои планы, - деликатно отказалась она. Всегда боялась помешать или стать чересчур навязчивой.

– Не представляешь, на сегодня у меня нет планов. Я совершенно свободен.

– Не может быть! Ни за что в это не поверю! – со смехом воскликнула она.

– И такое бывает.
– Он посмотрел на часы.
– Ты сегодня видела её?

– Да, - как-то неуверенно ответила Альда.
– Я схожу за ней, - она отставила чашку в сторону, чтобы подняться со стула, но Данте остановил её.

– Давай я. – Альда встала, но он с нажимом произнёс: - Позволь мама.

Она со вздохом опустилась на место. И сама чувствовала, что добром это не кончится.

Сестры в комнате не обнаружилось, и в этом уже не было ничего поразительного.

Шторы были раскрыты, и яркий свет заливал комнату. Не было заметно, что она собиралась в спешке - кровать аккуратно заправлена, вещи не раскиданы, - в комнате просто идеальная чистота, если не считать мягких игрушек Мии, раскиданных по полу.

– Лаура?
– он всё же позвал её, но в ответ услышал только приветливый лепет ребёнка, доносившийся из ванной. Он прислушался, но кроме голоса маленькой девочки так ничего и не услышал.