– Та-ак… если я проголодалась, получается, что времени прошло много. Неужели вся ночь? – Юля вздохнула: – Олег с ума сойдет.

Однако мысли о друге не отвлекли девушку от насущных проблем. Сейчас ее больше всего интересовало, как вскипятить воду. Спички отсутствовали. Но даже если бы они были, а плита оказалась бы подключенной к газопроводу, разжигать огонь не хотелось – из духовки без перерыва доносилось подозрительное шуршание, а учитывая агрессивность обитателей Куриного Бункера, связываться еще и с местными крысами Юле не хотелось.

Да и что ей чай? Вот бы поесть…

Девушка поставила кружку на полку раскрытого холодильника и взяла хлеб. Сухари, конечно, полезны, но если бы кусок батона оказался свежим…

В подушечках пальцев запульсировала колющая боль.

– Что происходит?

В следующий момент девушке показалось, что хлеб стал… Мягче? Да, стал. Только что кусок батона представлял собой холодный камень, а теперь его можно было слегка сдавить. Слегка.

– Оттаял?

Нет, не ври себе. Не оттаял. Все дело в тебе!

Юля сосредоточилась, закрыла глаза – почему-то ей показалось, что, если она будет смотреть на происходящее, чуда не получится, – и захотела свежего хлеба. Как в Курином Бункере ей захотелось избавиться от агрессивных птиц.

– Свежий хлеб.

Вновь появилось покалывание.

«Свежий хлеб!»

Мысль медленно формировалась, словно вытекая из ноющих подушечек. Хлеб стал мягким и теплым. Девушка понюхала его и счастливо улыбнулась.

«А с маслом получится? От бутерброда я бы не отказалась!»

Юля положила хлеб на полку, взяла в руку пакетик с прогорклым маслом и вновь закрыла глаза.

«Пусть оно окажется свежим, только что сделанным!

Холодным, но не ледяным, чтобы можно было без хлопот намазать его на хлеб. А сверху добавить джем…»

Девушка не сомневалась в успехе, и он пришел. Продукты стали такими, как ей хотелось. Запах свежего хлеба и аромат апельсинового джема щекотали ноздри.

«Интересно, это происходит на самом деле или у меня приступ самовнушения?»

– И что делать с водой? – Юля опустила в кружку палец. – Сначала избавим тебя от грязи. А потом…

Получилось! Да так быстро получилось, что уже через мгновение девушке пришлось отдернуть руку от наполненной кипятком кружки.

Завтрак (обед? ужин?) готов.

– Даже если я сплю, – сообщила себе Юля, откусывая бутерброд, – то теперь я знаю, как сделать этот сон комфортным!

Женская кожаная куртка, мужская кожаная куртка – осенняя одежда ждала сезона в шкафу прихожей. Внизу обувь: стоптанные женские туфли, пара женских кроссовок, блестящие черные «лодочки», по всей видимости – «выходные», и мужские туфли. Яркий зонтик-трость, то ли рекламное барахло, то ли куплен на каком-то празднике.

– Зачем ты роешься в шкафу? – хмуро поинтересовался Мартин.

– А тебе неинтересно? – не оборачиваясь, отозвалась Пандора.

– Что?

– Девочка, которую мы сведем с ума.

Короткая пауза.

– Нет, она – неинтересна.

– А ведь она отдаст тебе частичку себя.

Издерас посмотрел на свое отражение в зеркале, поправил галстук. Затем перевел недовольный взгляд на женщину:

– Может, уйдем?

– Я только начала.

Затащить Мартина в квартиру Юли Соболевой оказалось непростой задачей. Воздействовать на «искру» Пандора не хотела, пришлось уговаривать, на что ушло больше часа.

– Я совершенно не понимаю, почему должен сам делать грязную работу!

– Мы просто побываем в ее квартире.

– Тебе нужны фотографии девчонки?

– М-м… в том числе.

– Отправь «шестерок».

– Я пойду сама.

– Бог в помощь.

Пандора сверкнула глазами, однако сдержалась, сохранила прежний тон:

– Мартин, я ведь говорила: чем ближе ты станешь к этой девочке, тем выше вероятность успеха. Ты должен почувствовать ее.

– Вламываясь в квартиру?

– Уменьшая разделяющее вас расстояние.

В конце концов Издерас сдался, однако настоял на максимальных мерах предосторожности: машину оставили в квартале от дома, к подъезду пробрались дворами, внутрь вошли только после того, как посланные вперед разведчики доложили, что все чисто.

Но главное – пришел.

Побывал в квартире невинного человека, которого вскоре убьют по его приказу. Не просто убьют – уничтожат «искру». Навсегда выбросят из Вселенной. Потом, когда Мартин окажется наверху, эти воспоминания будут жечь его изнутри. Будут навевать кошмары, по сравнению с которыми истории про ад покажутся веселыми анекдотами. Будут. Потому что сейчас Издерас дышит одним воздухом с Юлей, прикасается к ее вещам, а потом – лишит Силы и Вечности. Ручной Привод такое не забывает.