Шрифт:
– Чай буду, – кивнула Юля.
– Погоди.
Мужичок схватил чайник и скрылся в недрах агрегата. А девушка вновь, теперь уже неторопливо, огляделась. Фотоаппарат доставать не стала – неуместно, зато смотрела во все глаза.
Угол, в который отвел ее Черепаныч, был отдан под мастерскую: шкаф, шкафчики и полочки с инструментом, верстак, несколько грязных табуретов, настольная лампа, паяльник, засаленные книги. К стене тремя разномастными шурупами прикручена лампа в проволочной сетке, рядом – несколько таблиц, графиков, портрет мужчины, в котором девушка не узнала Николу Теслу, и два самодельных плаката: «Выпуская пар – проверь заземление», «Черепаныч, все должно работать!»
Обычная на вид мастерская. В автосервисе обстановка выглядела бы к месту, еще на заводе каком-нибудь или в депо. Даже в больнице – в конце концов, в любом учреждении должен быть такой вот Черепаныч, мастер на все руки, способный быстро привести в порядок вышедшее из строя оборудование.
Но вот машина…
Юля повернулась к агрегату.
В ответ в ее сторону свистнула струйка пара.
Крутится, пыхтит, жужжит. На панели то вспыхивают, то вновь снижают накал радиолампы. Сбоку от основного котла из кучи переплетенных механизмов торчит жестяной рупор, направленный точно на Юлю. Девушка поежилась.
«Ручной Привод? Какой еще, к чертовой матери, ручной привод? Что он приводит и куда?»
– Кипяточком разжился! – весело сообщил вынырнувший из недр устройства Черепаныч.
Юля подумала, что горячую воду механик сцедил из котла агрегата, но уточнять не стала: чай он и есть чай, и ну его на фиг знать, откуда для него воду взяли.
– А почему меня не предупредили, а, проверка?
– Может, удивить хотели?
– Меня удивить? Ха! Как это они себе представляют? – Механик выставил фарфоровую сахарницу с одной отбитой ручкой, два стакана, кинул в каждый по пакетику чая и залил кипятком. – Во время странствий довелось мне служить на дрейфующей станции «Безоглядная-5» специалистом по измерению льда. Седьмая категория, полярная надбавка, прибавка к пенсии весомая, опять же – харчи на халяву. И неплохие харчи, надо сказать… – Черепаныч покрутил головой, припоминая золотые денечки, и цокнул языком. Юля, обалдевшая от пережитого и откровений механика, слушала не перебивая. – Так вот однажды неподалеку от Гренландии довелось мне увидеть невероятную картину: собаку, плывущую с палкой в зубах вдоль Гольфстрима. Именно тогда познал я наибольшее удивление в жизни.
Черепаныч хлебнул чаю.
– А ты говоришь, что бюрократы способны меня в изумление повергнуть.
– Я только предположила, – пискнула девушка.
Механик отечески улыбнулся и тут же, практически без перехода, приступил к решению важнейших производственных вопросов:
– Короче, слушай сюда, проверка. Этой бандуре сколько лет, помнишь? Вот то-то и оно. Когда устанавливали, что говорили? Гарантийный ремонт и обслуживание по первому требованию. Так? Так. А на деле что?
– Что? – не удержалась Юля.
– Масло за свой счет, запчасти с перебоями. Мол, ручная работа, вытачивать долго. А фигли было устаревшее оборудование ставить? Теперь говорят: меняйте все. А как заменишь, если работать надо? Надо работать?
– Надо.
– А виноват, как обычно, я. Поняла, проверка?
– Поняла.
– Вот так и передай. А то взяли моду проверки слать! Ты пей чай, пей. Конфетку к чаю?
– Нет, спасибо.
– Как хочешь.
Механик сделал еще один большой глоток. Юля прикоснулась к своему стакану и тут же отдернула руку: обжигает! Подняла глаза и обалдела: кипяток крутой, остыть чай не успел, а Черепаныч хлещет и в ус не дует.
– А еще, проверка, запиши, что износ оборудования тридцать два с половиной процента. А коэффициент помнишь? Вот то-то и оно. Новый Инкубатор они поставили, чтобы, значит, в современные клоны прыгать, а штуцеры для Привода у них «не срочно»! Ты записываешь?
– Ага.
– Пей чай, пей. Вот поломается все это, что делать будем?
– Что?
– Вот я и спрашиваю: что?
Юля хотела поддакнуть, что, мол, делать будет нечего, но не успела.
Едва девушка открыла рот, как помещение наполнилось завыванием сирены, а лампа на стене засверкала оранжевым.
– Авария?
– Тревога! Идрить ее в кочерыжку.
Черепаныч подскочил и бросился к машине. Юля, опрокинув стакан, метнулась следом.
– Раскопки, проведенные силами студентов Национального архитектурного колледжа Зимбабве, полностью подтвердили предположения маститых ученых о том, что на территории современной Земли Франца-Иосифа существовала развитая цивилизация. «Теперь мы абсолютно уверены в том, что знаменитые норвежские фьорды имеют искусственное происхождение», – заявил нашей программе руководитель экспедиции…
– Заткнись, – тихо приказал Ясень.
Радио послушно замолчало.
– Не нравятся познавательные программы?
Виктор оторвал взгляд от разложенных на столе чертежей и посмотрел на вошедшего в дежурку Карбида.
– Привет.
– Привет.
– Тихо шагаешь.
– Шпильки сточил. – Герман подошел к столу. – Давно приехал?
– Минут тридцать.
– И сразу за дела?
– Пытаюсь разобраться. – Ясень зевнул. – Крематорий я уже изучил, теперь хочу сходить в Ручной Привод.