— Так где же твоя шахта? — не скрывая нетерпения, спросил Федор, присаживаясь на какой-то бетонный пенек, нелепо торчащий из земли.

— А ты на ней сидишь, — улыбнулся Игорь.

— Что?! — невольно вскочил Федор.

— Не переживай, это не смертельно. Давай расчистим вокруг.

Когда место расчистили от кустов и каких-то коряг, то увидели бетонный люк, накрытый ржавой решеткой, сваренной из толстой арматуры.

— Так, значит, здесь и находится атомный снаряд? — Федор был явно взволнован.

— Получается, что так. Вообще-то это военная тайна.

— Здесь нет радиации?

— Ее тут и не должно быть. Радиация там, где произошел взрыв, а здесь заряд запрятан глубоко.

— В шахту можно спуститься?

— Вход в нее находится немного в стороне.

— Пошли.

В ста метрах среди кустов бузины виднелся вход в какую-то темную пещеру, и только когда они приблизились вплотную, то выяснилось, что это своего рода бункер, стены и потолок которого были бетонные, а под ногами бугрился булыжник.

— Грузовик, конечно, в шахту не пройдет, но вот электрокары проезжали легко.

— Здесь темно. — Федор шагнул вслед за Анисимовым.

— А ты думал, что дорогу тебе будут освещать прожектора? — хмыкнул Анисимов и, повернувшись к Ангелине, строго сказал: — Не отставай.

— Сколько нам идти? — робко поинтересовалась Ангелина.

— Это коридор. По нему идти двадцать метров, может, чуть больше…

— И там ядерный заряд? — Голос Федора прозвучал напряженно.

— Да. Ты можешь даже потрогать его.

Луч фонаря, резанув темноту, уперся желтым расплывающимся пятном в бетонную стену. Затем, вытянувшись в длинную линию, желтый луч скользнул по шероховатой стене и расплывчатым овалом застыл на бетонном цилиндрическом сооружении.

— Мы пришли, — объявил Анисимов. — Вот здесь.

Трудно было поверить, что за бетонной стеной прячется полсотни Хиросим. Становилось не по себе. Видно, нечто похожее испытывала и Ангелина. Притронувшись ладонью к шероховатой стене, она отдернула ее, словно почувствовала губительное излучение, исходящее от бетонного свода.

Положив рюкзак на землю, она вдруг спросила:

— Ты помнишь, как погиб Охотник?

— В его теле нашли наконечники стрел.

— Все так… Я тебе не говорила, но последняя стрела ему досталась от женщины.

Ладонь Ангелины скользнула в карман куртки, а когда она вынырнула на узкую рассеивающуюся полоску света, то в руке у нее оказался небольшой пистолет.

Он был действительно совсем небольшой, аккуратный, с виду совсем игрушечный. Вот только начинка в нем была смертоносная. Такая вещица делает мужчину сильнее, да и женщину тоже…

— Откуда ты это знаешь? — Анисимов сохранял спокойствие, будто ничего не произошло.

— Все очень просто. Когда я ввела тебя в транс, то сумела узнать и об этом. А потом всю эту информацию стерла из твоей памяти. Странная получается вещь, дух Охотника вселился в тебя, а в меня — дух его возлюбленной. Так что наша встреча была предопределена. И, конечно, должна была закончиться именно таким образом. Ты этого не знал?

Игорь смотрел на ее слегка подрагивающую руку, в которой был зажат пистолет. По стенам метались изломанные тени. Все происходящее казалось нереальным. Но действительность тем не менее существовала в виде направленного в его лицо ствола пистолета. Да, неожиданный сюрприз…

Анисимов прикрыл глаза. Его больше не существует. Вокруг непроницаемая тьма. Богатое воображение немедленно подкинуло невеселую картинку: распластанный, униженный, на позор всему свету он лежал на серых булыжниках, и каждый проходящий, теша любопытство, заглядывал в его застывшее лицо.

Анисимов открыл глаза. Снова навалилась мрачноватая действительность.

— Стреляй! — спокойно приказал Ангелине стоящий рядом Федор. — Иначе ты никогда не увидишь своего сына.

— Я не могу, — взмолилась Ангелина.

— Тебя с ним что-то связывает? — Голос Федора был холоден и отстранен. Да и сам он неуловимо преобразился — стал собранным и каким-то хищным.

— Нет, но… — Голос Ангелины прервался.

— Тогда давай попробую я, — вырвал он из дрожащей руки Ангелины пистолет. — А что ты думаешь, — сочувственно протянул он, — жизнь — она и есть такая невеселая вещь. Строишь планы, на что-то рассчитываешь, а реальный мир смотрит на тебя тупым дулом пистолета, и ты с этим ничего не можешь поделать.