— А что это было за подразделение, она вам случайно не сказала?

— Как-то обмолвилась о том, что оно создано в рамках отдела. Помню, когда Сафронов ушел, он попросил у Аллы, чтобы она помогла ему, что-то передал ей. Просил сохранить.

Кирилл задумался, припоминая.

— Какой-то пакет. Знаете, после ее смерти этот пакет странным образом исчез.

— Вот как. — Внутри у Анисимова ворохнулось. — Как выглядел этот самый пакет?

— Большой такой, желтый, — неопределенно развел руками Кирилл и, посмотрев на часы, заторопился: — Мне надо идти.

— Конечно, не смею задерживать.

Сдержанный кивок на прощание. В какой-то момент Анисимову показалось, что Кирилл хочет что-то добавить к сказанному, но передумал, повернулся и вскоре растворился в толпе пешеходов.

В нынешнем положении Анисимова были некоторые плюсы: во-первых, он никогда не думал, что времени может быть так много. Можно было бы, как говорится, пожить немного для себя. На свете существует немало приятных вещей, в которые хотелось бы окунуться с головой. Очень хотелось съездить в какой-нибудь дикий уголок, где белая кожа европейца воспринимается так же необычно, как курчавая шевелюра негра где-нибудь за Полярным кругом. Буквально два дня назад приятели пригласили Игоря в путешествие по Новой Гвинее.

Подумав, Анисимов отказался — конечно, очень заманчиво, но все, что случилось в последнее время с ним и вокруг него, требовало действий. Вот только с чего начать?

Анисимов подошел к стене, вгляделся в холодные глаза маски. В этот раз выражение ее «лица» показалось ему немного иным. Уголки ее губ были словно слегка приподняты, что придавало ее облику какое-то забавное выражение, а створки раковин, что были вставлены в нефритовые орбиты, смотрели немигающе и прямо.

Анисимов внутренне поежился — какая только чертовщина не померещится! Маска — она и есть маска. По большому счету — кусок минерала, а то, что он принимал за осмысленный взор, не что иное, как отражение света на перламутровой поверхности раковин.

Что ж, начинать, наверное, придется с самого начала. С этой самой проклятой мумии, что так странно и необъяснимо влияла на все события. Что, если Ангелина права и сейчас свершается воля какого-то древнего рока, а он — Игорь Анисимов — всего лишь послушное орудие этого рока, марионетка, подчиняющаяся чьей-то чужой, чуждой и непонятной воле? Может, конечно, все это пустяки, но что-то подсказывало ему, что начинать надо именно отсюда. Придется идти к Ангелине. То-то она будет торжествовать, когда увидит, что он поддался ее фантазиям о сверхъестественном «поведении» мумии. Ладно, как-нибудь переживем.

Он решительно взял трубку телефона.

…Ровно в четырнадцать часов Анисимов вошел в клинику и увидел Ангелину, спускавшуюся навстречу ему по лестнице. Ангелина, казалось, ничуть не удивилась его приходу. Встретила его спокойно и доброжелательно. Короткий приветливый кивок, любезная улыбка. А ведь в какой-то момент ему показалось, что в их отношениях было нечто большее, чем, допустим, в отношениях врача и пациента.

— Пройдемте в кабинет? — Ангелина явно была настроена на деловой лад.

— Я не против, — погасил Анисимов неуместную улыбку.

Длинный коридор вывел их к широкой двери. Распахнув ее, женщина любезно пригласила его.

— Проходите. Думаю, что вы пришли не просто так. — Сухость своего тона она попыталась смягчить улыбкой.

— Да, у меня проблемы.

— Слушаю вас, — кивнула она на свободный стул.

— Даже не знаю, как начать… Все это очень необычно.

— А вы начните, как есть. У нас здесь все очень необычно.

— Я хочу узнать о том человеке… который находится во мне.

Ангелина восприняла его заявление вполне серьезно.

— Что ж, тогда не будем тянуть. Сейчас мы поработаем. — Она указала на кожаное кресло: — Садитесь сюда. Сейчас я закреплю на вас датчики, — фраза была произнесена с такой интонацией, как будто она хотела поставить ему горчичники, — а вы должны будете смотреть на экран этого монитора, — кивнула она на экран, стоящий на столе. — На нем будут появляться разные предметы, и если какой-либо знаком вам, то нажмите на черную клавишу, а если незнаком, то на красную.

— Хорошо. Но ведь наверняка я не все помню…

— Вам не обязательно помнить все, ваш мозг среагирует раньше, чем ваша рука. Информация записана в вашем подсознании, как на магнитофонной ленте. Так, вы готовы?

— Да. А как действует этот прибор?

Подняв со стола мягкий кожаный обруч с закрепленными на нем датчиками, она аккуратно надела его на голову Анисимова.

— Импульсы в результате электрической деятельности мозга поступают на этот экран. Я могу совершенно точно сказать, действительно ли состоялось, скажем так — переселение души или все-таки это плод разыгравшегося воображения. Расстегните, пожалуйста, рубашку.