— У нас действительно его нет, — подтвердила маркиза. — Но, Фредди, ты ведь знаешь — я люблю тебя.

Он повернулся к ней.

— Ты действительно меня любишь? — спросил он.

— Ты сам знаешь, что это так, — искренне ответила маркиза. — Ох, Фредди, если бы ты был богат! Как бы мы были счастливы и как прекрасно могли бы вместе развлекаться!

— Да, бедному всегда ветер в лицо.

— А мы с тобой — бедняки, — вздохнула маркиза. — По уши в долгах, нам грозит судебное преследование, и мы не знаем, как из всего этого выпутаться!

— А мне показалось, будто тебе в голову пришла какая-то идея.

— Ее наверняка стоит попытаться осуществить, — задумчиво произнесла маркиза. — Чем больше я размышляю, тем больше у меня уверенности, что идея эта совсем неплоха. Ничто так не воздействует на чувства сильного и властного мужчины, как слабая и беспомощная женщина.

— Будем надеяться, что ты права.

— Дай Бог, — поддержала его маркиза. — Нам нельзя больше рисковать. Это действительно было сумасшествием — прийти сюда сегодня.

— Не понимаю почему, — грустно произнес Фредди Садли. — Мы ведь сказали, что собираемся полюбоваться пейзажами, и Бог нам свидетелем: это единственная вещь, за которую не нужно платить в этой части мира.

Маркиза протянула руку и подняла сумочку, которую он положил рядом с ней. Достала из нее маленькое зеркальце и с удивлением произнесла:

— Господи, что за вид! Волосы растрепались, а платье измято настолько, что все это наверняка покажется подозрительным.

— Надень шляпку, — сказал Фредди. — В ней ты будешь выглядеть ошеломляюще.

— Ну вы, мужчины, и счастливчики! — раздраженно бросила маркиза. — Вы можете делать все, что вам заблагорассудится, но это никогда не влияет на ваш внешний вид!

Фредди улыбнулся.

— Даже если бы и влияло, меня это совершенно не тревожит. Я счастлив, что сегодня нам удалось побыть наедине, Лили! Думал, сойду с ума, если и в дальнейшем вынужден буду вести с тобой лишь чинные беседы, без надежды уединиться даже на минуту.

— Да, ты прав. Всюду крутится Борис, этот отвратительный соглядатай, — взорвалась маркиза. — Он постоянно следит за мной, и меня охватывает ужас, что в любой момент он может застать меня врасплох на чем-нибудь компрометирующем. И все это только потому, что я его боюсь.

— Русские всегда считались мастерами выпытывать, — отметил Фредди. — Если по отношению к тебе он будет вести себя неподобающе, пожалуйся князю. В конце концов, он ведь слуга ее сиятельства, а не князя.

— Насколько тебе известно, Владимир не желает слышать ничего плохого о своей матери, — со злостью буркнула маркиза. — Однажды, когда я позволила себе слегка ее покритиковать, он резко меня оборвал.

— Ты совершила глупость, — заметил Фредди.

— Знаю. И больше подобного себе не позволю.

Она надела большую соломенную шляпу, украшенную голубыми и белыми цветами, которые гармонировали с ее платьем, закрепила ее на волосах двумя длинными шпильками с голубыми головками и очаровательно улыбнулась.

— Пожалуй, нам пора идти, — сказала она и заметила, что в глазах у Фредди зажегся огонь.

— Если ты будешь продолжать так улыбаться, — предупредил он, — мне будет трудно расстаться с тобой.

— Ох, прошу тебя, Фредди, не начинай все сначала! — вскричала маркиза. — Мы и так отсутствовали целых два часа. Прислуга начнет нас искать, если мы сейчас же не вернемся.

— Прислуга! Ты всегда вспоминаешь о прислуге! — гневно бросил Фредди. — И совершенно не считаешься с моими чувствами!

— Ты забываешь о нашей сложной ситуации, — с чувством достоинства в голосе ответила маркиза. — Я делаю все возможное, чтобы выпутаться из отягощающих нас проблем, и если Владимир начнет подозревать, что нас связывает нечто большее, чем просто дружба, — конец всем нашим планам!

Она говорила настолько серьезно, что Фредди Садли капитулировал.

— Ты права. Надо возвращаться. — Он встал и протянул руку, помогая маркизе подняться с земли. Потом обнял ее и ласково поцеловал в губы. — Благодарю тебя, любимая. Сегодня ты была, как всегда, прекрасна.