— Но она же была вашей дочерью.

Тесто для печенья превратилось в гладкий комок, и Мария принялась раскатывать его.

— Поверь, лучше спросить у Томаса. Ему надо выговориться.

— А если он не скажет?

— Скажет, — заверила ее Мария.

— Мария, вы хотите видеть его счастливым, я понимаю. Но Томас не может быть счастлив со мной. Я в отпуске и скоро возвращаюсь домой.

Мария указала на формочки для печенья, и София передала их ей.

— О, я тебя умоляю! — воскликнула пожилая женщина. — Все вы, молодые, одинаковы. Все у вас по расписанию. «Успеем еще пожить», — думаете вы, откладывая все на потом. Не думай об этом. Пусть все идет как идет.

София запуталась. Кому адресованы эти слова: ей, Томасу, Розе или Мигелю?

Мария мягко улыбнулась, желая разрядить напряженную атмосферу, воцарившуюся в кухне. София робко поинтересовалась:

— Что делать дальше?

Они продолжали готовить, а София все думала и думала о Томасе. Хочет ли она узнать его тайну? Как выбрать для этого нужное место и время?

Разморенная, София устроилась в кресле. Она не могла вспомнить, когда в последний раз так объедалась. Они полакомились восхитительным жареным мясом, разнообразными салатами, свежим хлебом и вином, которое София с Томасом купили во время поездки в город. Все выглядело очень аппетитно, и удержаться было невозможно. Когда София уже не могла смотреть на еду, Мария принесла альфайорес.

— Я не сомневался! — воскликнул Томас, по-детски улыбнулся и взял пару штук с тарелки. — Никто не сравнится с нашей Марией в приготовлении этого печенья. — Он подмигнул Софии.

София взяла одно печенье, но не смогла заставить себя попробовать его. Она откинулась на спинку кресла, глядя на Томаса.

— Оказывается, при помощи какого-то печенья легко завоевать твое сердце, — поддразнила его Мария.

Он натянуто улыбнулся:

— Одними сладостями меня не удержишь.

Томас чувствовал на себе пристальный взгляд Софии. Он подмигнул Марии, стараясь поддерживать веселую атмосферу, но на душе у него было тяжело. Мария усмехнулась и потрепала его по голове:

— Это София испекла их.

Томас пригладил волосы. «Значит, София постаралась?» — подумал он.

— Неужели ты? — Он холодно улыбнулся ей.

— Да, — гордо подтвердила девушка. — Мария меня научила.

— Очень вкусно, — пробормотал мужчина.

София заметила, как он напрягся.

«Сумасшествие какое-то, — размышлял Томас. — Мы едва знакомы, а она уже поселилась в моем сердце». Сейчас, делая ей комплименты, он думал лишь об одном — как поцеловать ее снова. Его уже не смущала ее невинность.

София наблюдала за ним, а он взял с тарелки третье печенье, чтобы хоть как-то занять руки и не смотреть на нее. Томас понимал, что глаза выдадут его, и не хотел, чтобы Мария и Карлос обо всем догадались.

Что это? Страсть? Нет, нечто большее. Вероятно, забота… Довольно тяжело снова начинать радоваться жизни, но, может, стоит попробовать? И впервые Томас решил, что он, похоже, готов забыть прошлое.

Он встал и потянулся. София все еще смотрела на него. Ее оценивающий взгляд заставил сердце Томаса екнуть. Может, на него начинает действовать алкоголь? А может, начинают пробуждаться давно дремавшие чувства? Но почему София? Они оба отдавали себе отчет в том, что это лишь временная страсть. Но Томас хотел быть рядом с ней. Он скучал по Софии, по тому времени, которое они провели вдвоем.

На ранчо существовала еще одна традиция, которая неизменно соблюдалась. Томас подошел к Софии и протянул ей чашку необычной формы:

— Это калабас. Мария заварила мате. Тебе обязательно нужно его попробовать. Это, можно сказать, наш национальный напиток.

— О, дорогая, попробуй, — попросила Мария.

София покачала головой, с любопытством поглядывая на калабас.

Томаса забавляло выражение ее лица. Оно становилось таким, когда Софии предлагали что-то новое.

— Не бойся, это всего лишь чай. Ничего вредного, — уговаривал ее Томас.

Она сморщила нос:

— Он совсем не похож на чай.

Он не мог не рассмеяться. Снова в ней проявилась детская невинность, которая сводила его с ума.

— У него неповторимый тонкий вкус. Тебе стоит попробовать, — убеждал он девушку.

— Пойдем, — предложила ей Мария и подошла к камину.

Они сидели, смотрели на огонь и расслаблялись. Томас взял у нее калабас и с удовольствием отпил мате.

— София, сегодня я проверила все бронирования, — продолжала сеньора Родригес. — Думаю, тебе хочется знать правду.

— А я и забыла про это! — воскликнула она.

— Мы возместили твои, то есть, пардон, деньги сеньора Дусетта, сразу после того, как он отменил заказ.

Лицо Софии залила краска.

— Ой… — Она смутилась. Получается, что она, по сути, жила здесь бесплатно. — Хорошо. Я рада, что вы напомнили. Мы можем все обсудить утром?

— Конечно! Спешить некуда. Не бери в голову.

Томас допил чай. София не смела поднять на него глаза. Ей было стыдно за свое поведение в первый день. Она доставила ему много хлопот, хотя не имела на это права.