Там был звук вселенной, более напоминающий гул. Он проникал повсюду, поражал. Я подумал: и как же я сюда попал? Все было неправильно, и с каждой минутой становилось все хуже и хуже. Потом мое человеческое восприятие исчезло. Эмоций больше не было, потому что эмоции действуют лишь до определенного момента.

Я увидел человека, лежащего в больничной палате. Он был обнаженным, рядом с ним было двое людей, мужчина и женщина. Сначала они не были похожи на людей, которых я знаю. Они были идеальными образцами человека. Потом я узнал себя, тебя и Лору. Способ познания очень отличался от этой реальности. Я не знал, что я участвую в каком-то проекте.

С этим человеком было что-то не то. Он попал сюда, чтобы вылечиться. Больница была целительным центром. Проблемой этого человека была смерть. Обнаженный человек был мертв. Его убила нагрузка от ДМТ. Не появился ни один из моих хранителей или защитников. Их тут не было.

Он был исцелен, больше, чем исцелен. Он был перерожден. Он излечился, излечился от смерти. А потом он стал создателем целой вселенной.

Я постепенно становился все более плотным, и возвращался в повседневное осознание. Я смотрел, как создается мир, от фундаментальной умственной энергии до скорости вибрации и до материальных вещей. Я понял, что воссоздаю больницу и палату. Когда мир становился все более прозрачным, я хотел посмотреть на это, и попросил снять повязку. Меня заинтересовали мои пальцы, как пальцы новорожденного.

Я объяснял людям, что вселенная — это создание их собственного мозга. И вот это происходит. Я поменял свое отношение, когда понял, что вы созданы мной. Я чувствовал такую же близость к вам, как и к собственным сыну и дочери.

Я сказал бы, что мой опыт является классическим опытом смерти/перерождения. Со мной такое случалось и раньше, но никогда этого не было так, как это было под ДМТ. Образы, текстура и атмосфера были поразительны, а освещение и эффекты — прост невероятны. Но это очень, очень классический опыт.

Доза 0,2 была пугающей — а это было гораздо больше. Я знал, что существует посмертная грань. Но я никогда не думал, что окажусь там в таком раннем возрасте. Это то, о чем говорят старики, вроде — однажды я там был. Просто время и место не те. Я ожидал пережить подобное в горах, со своими друзьями, в более церемониальном сеттинге.

Хотя меня поразили подробности его сессии, я также старался найти другое объяснение. «Сотворение» Лоры, меня и больницы поменяло баланс сил в палате. Ему больше не нужно было бояться ни нас, ни ДМТ. Но не было смысла в озвучивании этой интерпретации. Карлос бы не оценил ее по достоинству. Вместо этого, я просто констатировал те чувства, которые он выражал во время рассказа.

«Ты был удивлен».

Очень удивлен.

У Карлоса не было типичного околосмертельного опыта, о котором мы столько читаем в современной клинической литературе. Лучшим примером современного видения ОСО является случай Уиллоу. Но сессия Карлоса с максимальной дозой ДМТ обладает многими чертами, которые приверженцы шаманизма считают посвящением в более серьезные области своей деятельности, то есть, опыт смерти и перерождения.

Карлос ощутил себя мертвым, а не умирающим. Он увидел свое безжизненное тело, лежавшее на кровати, хотя он увидел его не совсем таким, каким он его покинул. До того, как молекула духа попала в его мозг, он был полностью одет. Когда он был перерожден, его вселенная восстановилась. Здесь мы снова можем наблюдать мистическую кульминацию околосмертельного опыта. Он испытал творение способом, сходим со способом Сары из прошлой главы или со способом Елены, из следующей: огромная энергия, замедляющаяся до вибрации, ведущая к возникновению материи. Чувствуя себя новорожденным, Карлос удивлялся своим пальцам также, как младенец удивляется своему вновь обретенному телу.

Существует переход от персонального опыта, вызванного ДМТ, к трансперсональному. При помощи света и мощи молекулы духа, можно проработать собственные психологические и психосоматические проблемы. Околосмертельный опыт показывает, чем закончатся наши переживания, предсказывая то, что произойдет, когда мы лишимся тел.

Околосмертельный опыт оказывает наибольшее воздействие на тех, кто делает следующий шаг в рамках этого мистического опыта — переходит на мистический уровень осознания. Мы с добровольцами надеялись, что великое обещание значительной личностной трансформации лежит именно в этих областях, в которые может привести ДМТ. Именно в эти области действия ДМТ мы сейчас вступим.

Одним из наиболее значительных факторов, побудивших меня заняться исследованием психоделиков, было сходство опыта, получаемого под воздействием психоделиков, и мистического опыта. Спустя много лет, в рамках проекта по ДМТ в Нью-Мехико, я надеялся увидеть, изучить и понять именно такие сессии.

Дебаты по вопросу духовной значимости психоделического опыта продолжаются столько же времени, сколько люди используют эти химические вещества ради их психологического воздействия. Например, такие книги, как «Виды психоделического опыта» напрямую связаны с книгой Уильяма Джеймса «Виды религиозного опыта», написанной в начале двадцатого века. Изданная недавно книга «Энтеогены и будущее религии» нигой Уильяма Джеймса «продолжается столько же времени, сколько люди используют эти химические вещества рад продолжает сложную и противоречивую традицию того, что любая серьезная духовная практика должна включать в себя прием психоделиков.

Во время моих первых визитов в дзен-буддийскую общину, в которой я учился, я задавал этот вопрос многим молодым монахам-американцам. Почти все, с кем я разговаривал в этом обучающем центре, ответили, что психоделические вещества, особенно ЛСД, впервые открыли для них дверь в новую реальность. Именно стремление стабилизировать, укрепить и расширить первоначальное откровение, полученное под психоделиками, привело их к общинной, аскетической жизни, основанной на медитации.

Естественно, я задался вопросом о том, могут ли психоделические вещества ускорить и упростить достижение возвышенных состояний сознания, вне зависимости от „побочных эффектов“ общепринятых практик, таких, как ритуальное поведение и уход от повседневной жизни.