— Легко сказать, — заметила я. — У нас денег ни копейки Надо как-то пробраться в мою квартиру, потом попробовать получить деньги в банке, а еще взять машину из гаража.

Все это действительно стоило сделать, но покидать хижину было страшно. Я покосилась на Дениса, он мелко дрожал, я обняла его, прижимаясь теснее.

— Одеяло бы, — заметил он.

— Достанем… Мать, наверное, с ума сходит. Надо ее как-то предупредить.

— Да ей плевать… она и не заметила, что меня нет.

— Это ты так думаешь, а она скорее всего места себе не находит…

— Конечно, а то я мамку не знаю. Если она в запое, так саму себя не помнит.

— Так, может, запой кончился?

— Это через неделю-то? Мамка пьет до психушки.

— Чудеса, — покачала я головой.

Мы еще немного поболтали, потом примолкли и вроде бы задремали.

Проснулась я от холода, ног не чувствовала, с трудом распрямилась, спина ныла, голову разламывало.

«Черт-те что», — подумала я и только тут сообразила, что Дениса рядом нет.

Я выскочила на улицу и позвала:

— Денис!

Дождь кончился, но было по-прежнему пасмурно, точно на дворе не конец июля, а октябрь.

— Денис! — крикнула я в отчаянии. — Ответь сейчас же.

Я обследовала пустырь, утопая в грязи почти по щиколотку и уже зная, что Дениса здесь нет. Куда он делся?

— Да где же ты? — пролепетала я. Взглянула на часы стрелки показывали половину шестого. Утра, вечера? Я приложила часы к уху, они стояли. — Вот черт! — выругалась я. Мальчишка сбежал, его нужно найти.

Я пошла к дыре в заборе, долго плутала среди домов, прежде чем смогла выбраться к охотничьему магазину Где искать Дениса? Идти к рынку? Кому придет в голову мыть машину в такую погоду?

Магазин был открыт, я вошла, просто так, не придумав ничего лучшего. Мужчина за прилавком взглянул на меня с недоумением. Я перевела взгляд на свои ноги и попятилась к двери. Хорошо я, должно быть, выгляжу: мятый костюм, грязные туфли, три дня я умывалась водой сочащейся из ржавой трубы на помойке… настоящая бомжиха.

— Простите, который час? — пролепетала я.

— Десять минут пятого, — ответил мужчина, я глупо улыбнулась и выскочила на улицу.

— Так больше продолжаться не может, — заявила я кому-то. — Я должна принять ванну, выпить горячего чая и хоть немного прийти в себя. Но прежде всего следует найти мальчишку.

В таком виде идти по городу невозможно. Я решительно направилась к луже и попыталась вымыть туфли, достала платок из сумки и поморщилась: его смело можно было выбросить.

— Это ни на что не похоже, — пожаловалась я и даже собралась зареветь. — У меня есть друзья, они мне помогут. Только бы найти этого чертенка.

Я зашагала по улице, съеживаясь под взглядами редких прохожих. Вновь стал накрапывать дождь, зонта у меня не было, я быстро вымокла и выглядеть от этого лучше не стала.

— Растяпа несчастная, уснула, а он сбежал… вот идиотка…

Я вошла в какой-то двор, устроилась на скамейке возле подъезда. Подъезд был с большим карнизом, и я надеялась переждать здесь дождь. Вышла женщина, посмотрела на меня и нахмурилась, а мне вновь захотелось зареветь.

— Найти телефон, позвонить Косте или Лариске…

Я побрела со двора, повесив сумку на плечо и съежившись, за шиворот стекала вода, мне хотелось забиться в какую-нибудь нору и согреться. А там пусть убивают все, кому не лень.

Я все еще блуждала в районе пустыря, по непонятной причине не желая его покидать. На самом деле причину я знала: Денис мог вернуться.

— Пойду к магазину и позвоню Косте. — Так я и сделала. Кости дома не оказалось. Я позвонила Лариске на работу.

— Это ты? — ахнула она. — Что происходит?

— А что происходит? — спросила я, наблюдая, как с моего подола капает вода. Я похожа на бездомную собаку, вот что происходит.

— Тебя милиция ищет, что ты натворила? Убила кого-нибудь?

— По-твоему, это смешно? — удивилась я.

— Не очень. Меня уже замучили, городят какую-то чепуху: ты похитила ребенка, вас везде ищут.

Я немного похлопала глазами, стараясь прийти в себя.

— Так и сказали?

— Я понимаю, что это чепуха, — затараторила Лариска. — Наверное, есть какое-то разумное объяснение. Зачем тебе ребенок, что это вообще за ребенок и что, черт возьми, происходит?

— Не знаю. У меня нет разумных объяснений. Я грязная, голодная, я не могу пойти домой…