— Ладно, Джо, — сказал он. — Прыгаю в такси сейчас же и заеду за своими вещами.

— Молодец! — сказал Джо с превеликим облегчением.

Выскочив из телефонной будки, Майк чуть не врезался в Псмита, который задумчиво направлялся к телефону с намерением позвонить в кассу Хеймаркетского театра.

— Извините, — сказал Майк. — Привет, Смит.

— Огромный, — сказал Псмит учтиво. — Я в восторге, товарищ Джексон, узрев, что к своим коммерческим обязанностям вы относитесь с рвением юной бомбы. Каким образом, постоянно осведомляются у меня люди, товарищу Джексону удается привлекать взор своего нанимателя и завоевывать дружескую улыбку главы своего отдела? В своем ответе я указываю, что товарищ Джексон бежит, когда другие ходят. Ноги товарища Джексона не уступят высоко тренированным ногам мустанга прерий, он не прохлаждается, он возвращается в свой отдел, омытый испариной, в рекордное время он…

— Послушай, Смит, — сказал Майк, — окажи мне услугу.

— Хоть тысячу. Валяй!

— Просто загляни в Долгосрочные Депозиты и скажи старику Грегори, что меня сегодня там не будет, хорошо? У меня самого нет времени. Мне надо мчаться.

Псмит вставил монокль в глаз и тщательно оглядел Майка.

— Что, собственно… — начал он.

— Скажи старому ослу, что я ускакал.

— Так-так, так-так, — прожурчал Псмит, как человек соглашающийся на совершенно разумное предложение. — Сказать ему, что ты смылся. Будет исполнено. Но в пределах вероятности, что товарищ Грегори пожелает узнать подробности. Не можешь ли ты дать мне какое-либо представление о том, почему ты смылся?

— Мне только что позвонил мой брат Джо с «Лорда». Команда графства играет с Миддлсексом, а у них не хватает игрока. Он хочет, чтобы я туда приехал.

Псмит скорбно покачал головой.

— Я ни в коем случае не хочу вмешиваться, — сказал он, — но, полагаю, ты отдаешь себе отчет, что, поступая так, ты до какой-то степени подрываешь свои шансы стать управляющим банка? Если ты умчишься сейчас, я на твоем месте не стал бы особенно носиться с планом женитьбы на дочери губернатора, который я набросал тебе вчера вечером. Сомневаюсь, что умчание поможет тебе взять великолепный Восток за глотку и все такое прочее.

— К черту великолепный Восток!

— Да ради Бога, — любезно согласился Псмит. — Я просто упомянул его между прочим. Под вечер я приду взглянуть на поле. Я пошлю тебе мою визитную карточку, уповая на твое благожелательное сотрудничество, чтобы я мог войти в павильон на своих ногах. Мой отец сегодня приезжает в Лондон. Я захвачу его с собой.

— Ладненько. Черт дери, уже без двадцати. Покедова. Увидимся на стадионе.

Псмит смотрел вслед его удаляющейся фигуре, пока она не исчезла во вращающейся двери, и пожал плечами, словно смиряясь с неизбежным и снимая с себя всякую ответственность.

— Ушел без шляпы, — пробормотал он. — Сдается мне, что это практический случай крикетного амока. А теперь надо сообщить товарищу Грегори новость о его невосполнимой утрате.

Он оставил свое намерение позвонить в Хейнмаркетский театр и, отойдя от телефонной будки, задумчиво направил свои стопы по проходу к Отделу Долгосрочных Депозитов, где за стеклянным барьером виднелась макушка мистера Грегори, склоненного над своей работой.

Псмит положил локти на верх барьера и, зажав голову в ладонях, несколько минут обозревал усердного труженика, а затем испустил глухой стон.

Мистер Грегори, который подчеркивал строку в гроссбухе, — работа в Долгосрочных Депозитах сводится главным образом к подчеркиванию строк в гроссбухах, иногда черными чернилами, иногда красными, — вздрогнул, будто его ужалили, превратив подчеркиваемую строку неизвестно во что. Он поднял яростное бородатое лицо и встретил глаз Псмита, сиявший состраданием.

Мистер Грегори тут же нашел нужные слова:

— Какого дьявола вы торчите тут, мыча, как такая-сякая корова? — осведомился он.

— Я стонал, — объяснил Псмит с тихим достоинством. — А почему я стонал? — продолжил он. — Потому что черная тень пала на Отдел Долгосрочных Депозитов. Товарищ Джексон, гордость конторы, испарился.

Мистер Грегори вскочил.

— Не знаю, прах побери, кто вы… — начал он.

— Я Псмит, — сказал Старый Итонец.

— А, так вы Смит, так?

— С предваряющим «П», которое, однако, не произносится.

— И что это за чертова чушь про Джексона?

— Он испарился. Испарился, как росинка с лепестка розы.

— Испарился! И куда же он испарился?

— В направлении «Лорда».

— Какого еще лорда?

Псмит учтиво взмахнул рукой.

— Вы меня не поняли. Товарищ Джексон не отправился общаться с кем-либо из членов нашей веселой и легкомысленной аристократии. Он отправился на крикетное поле «Лорда».

Борода мистера Грегори вздыбилась даже больше обычного.

— Что-о! — взревел он. — Отправился смотреть крикетный матч! Отправился…