— А, ничего особенного, — успокаивает она его. — Мои дети и твои дети колотят наших детей.

— Моя жена целыми днями требует денег!

— Зачем ей так много?

— Я знаю? Я что, ей даю?

Кон хочет женить своего племянника. Он идет к шадхену — и обнаруживает у него в картотеке фотографию собственной жены.

Задыхаясь от ярости, он бежит домой.

— Успокойся! — говорит жена. — Это еще с тех времен, когда ты тяжело болел!

Сара, в свадебном путешествии:

— Скажи, Ицик, с кем бы тебе больше хотелось быть: со мной или с твоей мамой?

— С каждой по пятьдесят процентов.

Еврей бежит через базарную площадь.

— Ты куда? — окликает его друг.

— К доктору. Что-то моя жена мне не нравится!

— Подожди, побежим вместе: мне моя жена тоже не очень…

Пятидесятилетний Кон собирается жениться на двадцатилетней. Друг пытается его отговорить:

— Слушай, Кон: когда тебе будет шестьдесят, ей будет тридцать, когда тебе будет семьдесят, ей — сорок. Ну, зачем тебе такая старая жена?

Вариант.

Кон, которому сорок лет, женится на двадцатилетней. Когда ему напоминают о разнице в возрасте, он говорит:

— Когда жена смотрит на меня, она себя чувствует на десять лет старше. Когда я смотрю на нее, я себя чувствую на десять лет моложе. Видите, как разумно Бог все устроил? Нам обоим — по тридцать лет!

Овдовевшему раввину советовали снова жениться. Он отвечал:

— Старая жена мне не нравится… И когда я вижу, как мне не нравится старуха, я могу представить, как я буду не нравиться молоденькой.

— Залман, придется нам навесить ставни на окна спальни. В доме напротив поселился молодой офицер, он может увидеть, как я моюсь!

— Подожди, Ривка, пусть он разок в самом деле это увидит. Может, тогда он сам навесит ставни на свои окна.

— Ицик, почему ты женился на такой некрасивой девушке?

— Ты знаешь, внутри она красивая.

— Тогда пускай вывернется наизнанку!

Молодой муж после свадьбы:

— То, что у тебя нет двух тысяч рублей, как обещал твой отец, а всего только тысяча, я тебе прощаю: в конце концов, где ты возьмешь остальные? Не воровать же!

То, что тебе тридцать, а не двадцать пять, как меня уверяли, я тоже прощаю: никто не может выбрать себе день рождения…

Но одно ты должна обещать мне твердо: чтобы больше ни на год старше!

Кон с женой едут через границу. Документы у них оформлены не совсем безупречно.

— Вы можете доказать, что она — ваша жена? — спрашивает его пограничник.

Кон, вздыхая:

— Даю вам тысячу шиллингов, если вы докажете, что она — не моя жена!

У евреев есть обычай символически дарить молодоженам или тяжелобольным какую-то часть собственной прожитой жизни. Так как подарок этот воспринимается вовсе не символически, то дарят лишь несколько часов или даже минут.

На свадьбе один гость встает и громко говорит:

— Дарю невесте десять лет жизни!

Все замолкают. Потом кто-то спрашивает сдавленным голосом:

— Десять лет — собственной жизни?

— С какой стати? Разумеется, десять лет жизни моей жены!

Вариант.

Старая дева предлагает молодоженам десять лет собственной жизни. Когда ее спрашивают, что это значит и не надоело ли ей жить, она говорит:

— Нет, отчего же! Просто мне хочется опять стать на десять лет моложе.

Старая еврейка:

— Вот все жалуются, что мир стал совсем безнравственным. А по-моему, совсем наоборот. Раньше парни на улице прохода мне не давали, а теперь стали такие учтивые, уважительные — идут себе мимо…

— Шлойме, иди скорее к окну. Там медведь пляшет!

— Пускай. Чего ему не плясать! У него же нет жены!

Пляж в Довиле. Эстер, круглая, как мяч, перекатывается в мелкой воде. Потом оборачивается и сладким голосом кричит: