— Извините, ребе, — заплакал ученик. — Черт бы побрал вашегоотца!

На празднике Бар-мицва, совершеннолетия мальчика (нечто вроде конфирмации у христиан), принято, чтобы мальчик продемонстрировал свои познания в трех вопросах: пассук (библейский текст), каше (постановка проблемы), теруц (решение проблемы, ответ).

Меламед готовит к Бар-мицве тупого ученика и пытается вбить ему в голову хотя бы самые простые вещи:

— Первое. Вокруг темно и скользко, и малах (ангел; здесь: ангел мести) вышел на охоту. Итак, каше: почему он не падает? Теруц: он же малах! Второе. Когда Иосиф и его братья встретились в Египте, они его не узнали. Где здесь каше? Вот где: почему они его не узнали? Теруц: прежде он не носил бороды, а тут они увидели его с бородой. Третье. У Ноя было три сына. Каше: как звали их тате (отца)?Теруц: его звали Ной…

Наступил знаменательный день. Мальчик, проходящий посвящение, стоит перед общиной и торжественно говорит: "И вот встает пассук: вокруг темно и скользко, и малах вышел на охоту. Следует каше: как звали его тате? Теруц: раньше он не носил бороды, а теперь носит".

Сынишке еврея, арендатора земли, дает частные уроки учитель-талмудист: они читают Мишну (часть Талмуда).Читая главу "Вол бодает корову", мальчик спрашивает:

— Ребе, а корова была рыжей, бурой или пятнистой?

Тут отец, который слышит это, закатывает сыну оплеуху и кричит:

— Вот тебе ответ на твой идиотский вопрос! Я тебе сто раз говорил: масть у коровы — это чепуха! Важно, каков ее возраст, здорова ли она и сколько дает молока!

Меламед должен обучить сынишку деревенского еврея каким-то элементарным знаниям; но соображает мальчик очень туго. Однако хотя бы субботнюю благодарственную молитву он должен выучить: без этого никак нельзя. Учителю приходится прибегнуть к методу, который, похоже, больше всего пригоден для деревни.

— Слушай сюда, Довидл: тебе будет легче запомнить эти пять слов, если ты представишь, что это имена соседей: "йом" — это крестьянин Матвей, который живет вон там, через улицу, "хашиши" — Иван, "вайехулу" — Максим, "хашамаим" — это Петр, а "вехаарец" — Каплан.

Довидл в восторге от такого метода. На следующее утро молитва у него от зубов отскакивает: "Йом вайехулу…"

Меламед:

— Болван, ты же пропустил "хашиши"!"

— Нет, ребе, — гордо отвечает Довидл, — Хашиши вчера вечером умер.

Деревенский еврей нанял для своего сынишки меламеда. И в первый же день с ужасом обнаружил, что учитель заставляет мальчика учить кадиш, заупокойную молитву.

— Что это вам взбрело в голову?! — восклицает он. — Я ведь еще жив, я молод и здоров!

— Да не волнуйтесь, — успокоил его меламед, — пока ваш сын выучит молитву, вам, может, уже сто лет стукнет.

Почему меламеда нанимают всегда только на полгода?

Ответ очень прост. Если учитель относится к делу серьезно, то за полгода занятий с детьми он станет психопатом, его придется уволить и искать ему замену. А если он останется здоровым, это признак того, что он относится к делу несерьезно, и его опять же придется уволить и искать ему замену.

Когда евреи из Восточной Европы переселялись в Америку, дела у них там шли поначалу неважно. Они пытались нанять меламеда, чтобы он обучил их детей священным текстам, которые принято было изучать на бывшей родине. Обычно предприятие это в новой обстановке тоже заканчивалось неудачей.

О меламедах в Америке принято говорить: сначала ученик норовит спрятаться от учителя. Потом, когда дело доходит до выплаты жалованья, от учителя прячется отец ученика. Наконец, когда отец хочет услышать, чему научился его сын, прячется сам учитель.

В библейском иврите будущее время используется и как прошедшее. Поэтому, скажем, слово нохал" (мы ели) может значить: мы будем есть. Когда придет Мессия, будет съедена гигантская рыба Левиафан.

Ребе с учениками изучает библейский текст: "Захарну эт хадага ашер нохал бэ-Мицраим хинам" ("Мы вспоминаем рыбу, которую бесплатно ели в Египте").

— Ребе, — спрашивает ученик, — почему тут написано не "ахалну" — мы ели, а "нохал" — мы будем есть?