— Лучше всего просто приложить к ушибленному месту лед, — ответил Джек.

— Отличная мысль! Пойдем в кухню, я положу лед в герметичный пакет.

Когда они шли по коридору второго этажа, Крэг сказал:

— Меня чуть инфаркт не хватил. Я решил, что ты — один из парней, напавших на моих дочерей. Я подумал, что он вернулся, чтобы выполнить угрозу. И я был готов вышибить из него дух.

— Я тоже подумал, что ты один из тех типов, — сказал Джек. Он увидел на Крэге темный банный халат, а не одеяние ниндзя, возникшее в его воспаленном воображении. Джек почувствовал тяжесть револьвера в кармане, но у него ни на миг не возникала мысль им воспользоваться. Это был хороший знак.

Крэг передал Джеку пакет со льдом, и Джек уселся на край дивана, прижав пакет к ушибленному месту. Крэг тяжело опустился рядом и растер пальцами виски.

— Я скоро уйду, чтобы ты мог поспать, — сказал Джек. — Но прежде я должен тебе все объяснить.

— Перед тем как лечь, я обошел дом, — сказал Крэг. Поскольку ты снял постельное белье, я не ждал твоего появления. Особенно в столь неподходящий час, и тем более наверху.

— Дело в том, что я обещал Алексис взглянуть, как ты себя чувствуешь.

— Ты с ней говорил вечером?

— Да. И довольно поздно. Ее очень беспокоит, что ты мешаешь алкоголь со снотворным. У меня были пациенты, использовавшие такую же комбинацию.

— Я не нуждаюсь в твоих советах.

— Естественно, — согласился Джек. — Тем не менее она попросила меня проверить твое состояние. Честно говоря, я не думал, что в этом есть необходимость. А двигался я тихо, потому что боялся тебя разбудить. Ты бы наверняка рассердился.

Крэг прекратил массировать виски и посмотрел на Джека.

— В этом ты совершенно прав.

— Прости, если оскорбил. Я сделал это ради Алексис. Она волновалась, думая, что после сегодняшнего заседания ты будешь подавлен больше обычного.

— Видимо, я должен поблагодарить тебя за эту услугу. Да, мне трудно сейчас, и смотреть на себя я стал по-другому. Сегодня я выглядел жалким, ничтожным типом. Вредил самому себе. Господи, какой стыд!

— Как, по-твоему, выступили сегодня эксперты со стороны защиты?

— Весьма разумно. Было приятно услышать для разнообразия добрые слова в свой адрес, но думаю, что все это бесполезно. Если Рэндольф в заключительном слове не проявит гениального актерского мастерства, на что он, по моему мнению, не способен, присяжные поддержат иск этого мерзавца Джордана, — уныло произнес Крэг, глядя на темный экран телевизора.

— А знаешь, у меня была еще одна причина явиться сюда в столь поздний час, — сказал Джек.

— Вот как? И что за причина? — спросил Крэг, и его глаза увлажнились, словно он собирался заплакать. — Ты не упомянул об аутопсии. Ты ее провел?

— Да, — ответил Джек и рассказал Крэгу обо всех событиях дня, начиная с эксгумации и кончая встречей с токсикологом.

Крэг слушал очень внимательно. Особенно его заинтересовал токсиколог и предположение о возможном криминальном обороте дела.

— Если токсиколог найдет следы лекарств или яда, обвинение в медицинской халатности рухнет, — сказал Крэг, слегка расправив плечи.

— Вне всякого сомнения, — согласился Джек. — Но до этого еще очень, очень далеко. Одним словом, я пришел сюда, чтобы взглянуть на анализатор биомаркеров. Нет ли каких-либо оснований считать полученный тобой позитивный результат ошибочным.

Крэг вскинул брови, обдумывая вопрос.

— Не могу ничего сказать, — наконец ответил он. — Хотел бы, но не могу. Я таких причин не вижу.

— В больничной лаборатории меня спросили, делал ли ты анализ на тропонин 1 и миоглобин или только на тропонин 1?

— И на миоглобин тоже. Я выбрал этот способ именно по той причине, о которой упомянул твой начальник лаборатории. Он выдает результат менее чем за два часа.

— А сколько лет может прослужить такой аппарат.

— Не знаю, я об этом не задумывался.

— В таком случае нам не остается ничего другого как попытаться выявить агенты, способные спровоцировать инфаркт миокарда.

— Как насчет дигиталиса?

— Я сразу подумал о дигиталисе, но скрининг не дал никаких следов.

— Жаль, что больше не могу тебе ничем помочь, — сказал Крэг. — Самое скверное в этом судебном процессе то, что чувствуешь себя совершенно беспомощным.

— Ты можешь помочь, если попробуешьприпомнить, к каким кардиотоксическим лекарствам имели доступ Пейшенс и Джордан.

— Благодаря стараниям моего партнера Этана Коэна в ее шкафчике образовалась целая аптека. Но все это уже изучалось.