— Он сказал, что ему удалось исключить?

— Алан уже исключил большую часть обычных, не подвергавшихся скринингу кардиотоксичных агентов. Химикаты для бальзамирования осложняют работу с образцами ткани сердца и печени, поэтому Алан сосредоточился на жидкостях, где загрязнение меньше.

— А к чему все эти учебники?

— Я захотела выяснить, какие кардиотоксичные агенты могут вызвать инфаркт или просто причинить ущерб сердечной мышце. Будут ли симптомы инфаркта при отсутствии патологии сосудов сердца. То есть то, что мы обнаружили при аутопсии. Когда вы ушли, я взяла на себя смелость просмотреть несколько слайдов. Капилляры выглядят совершенно нормальными. Я оставила слайды под микроскопом в своем кабинете, на тот случай если вы захотите взглянуть.

— Верю вам на слово, — ответил Джек. — Думаю, мы не увидим ничего нового по сравнению с тем, что увидели при вскрытии средних сосудов.

— Потом я перешла от кардиотоксичных агентов к невротоксичным. Должна признаться, что это увлекательнейшее занятие, особенно в тех частях, которые связаны с биологическим терроризмом.

— Вы прочитали предварительные показания? — спросил Джек, поворачивая разговор на нужные рельсы.

— Послушайте, ваше отсутствие было не таким уж и продолжительным. Думаю, что я сделала достаточно. Дайте передохнуть!

— У нас мало времени, и мы не имеем права разбрасываться.

— Я не разбрасываюсь, сэр, — фыркнула Латаша. — Я не уезжаю в город, чтобы узнать то, что мне уже известно, и не получаю тумаки.

Джек потер лицо обеими руками, чтобы снять усталость. Он улыбнулся Латаше.

— А где эта знаменитая диетическая кола? Но боюсь, что мне потребуется еще изрядная доза кофеина.

Латаша показала на дверь.

— В обеденной комнате слева стоит торговый автомат.

Когда металлическая банка упала в желоб, стук показался Джеку таким громким, что он вздрогнул. Джек не просто устал, он был вымотан до предела. Открыв банку, Джек задумался. Стоит ли загружаться кофеином, если он и без того встревожен? Джек решил, что ясность ума для него сейчас важнее, и залпом опустошил банку.

Джек редко принимал возбуждающие напитки и сразу почувствовал легкое головокружение. Вернувшись в библиотеку, он занял место напротив Латаши и извлек письменные показания Крэга и Джордана из-под груды книг.

— От корки до корки я их не читала, — сказала девушка, — но пробежала достаточно внимательно, чтобы составить перечень симптомов.

— Неужели? — спросил Джек. — Именно это я сейчас и собирался сделать.

— Я составила список. Вы же о нем упомянули, перед тем как отправиться в путешествие.

— Где список?

Латаша недовольно сморщилась, разгребая лежащие перед ней листки. Отыскав то, что надо, она передала лист через стол Джеку.

Латаша разделила симптомы на две основные группы. В одной колонке перечислялись те, которые присутствовали утром восьмого сентября, а в другой — дневные и вечерние. Утренняя группа включала боли в животе, сильный кашель с выделением мокроты, жар, закупорку носового канала, бессонницу, головную боль, метеоризм и общее возбуждение. Группу предвечерних и вечерних симптомов составляли: боли в груди, цианоз, затрудненность речи, головная боль, трудности при хождении, онемение тела, ощущение парения в воздухе, сопровождаемое рвотой, тошнотой и общей слабостью.

— И это все? — спросил Джек, помахивая листком.

— Вы полагаете, что этого недостаточно? Покойная очень похожа на тех пациентов, которых нам демонстрировали во время учебы на медицинском факультете.

— Я просто хотел убедиться, что это все названные в предварительном показании симптомы.

— Это все, что я смогла найти.

— Вы не встретили упоминания о потливости?

— Нет, хотя специально искала.

— Я тоже искал, — сказал Джек. — Потливость при инфаркте — явление типичное. При первом чтении я не мог поверить, что о ней ничего не сказано, и очень опасался, что пропустил эго важное свидетельство. Теперь я рад, что вы тоже не нашли упоминания о ней.

Джек снова посмотрел на список. Проблема состояла в том, что, фиксируя симптомы, к ним не давали уточнений, а когда давали, то они были общими. Поэтому было сложно установить, какую роль каждый из них играл в клиническом состоянии Пейшенс. Замечание об онемении, например, мало что стоило без указания на локализацию, распространение и продолжительность. А ведь важно знать, была ли полная потеря чувствительности или дело ограничивалось «легким покалыванием». Одним словом, Джек не мог установить, какое происхождение имело онемение — неврологическое или кардиоваскулярное.

— Знаете, что мне показалось самым интересным во всех этих трудах по токсикологии? — спросила Латаша, оторвав взгляд от какого-то толстенного учебника.

— Нет, не знаю. Что же именно? — машинально произнес Джек.

Он не мог решить, стоит ли возвращаться к предварительным показаниям, чтобы поискать там уточняющие данные.

— Рептилии, — сказала Латаша. — То, как они выделяют яды и насколько их яды разнятся по силе, вызывает просто изумление.

— Да, это любопытно, — сказал Джек. Открыв показания Джордана, он принялся лихорадочно листать страницы, чтобы побыстрее добраться до событий восьмого сентября.