— Карточка допуска активируется только в том случае, если отпечаток большого пальца совпадет с эталоном, хранящимся в памяти микропроцессора. Устройства считывания работают на расстоянии. Их достаточное количество, чтобы не создавать у входов очереди, что можно было бы использовать для отвлечения внимания. Если информация, считанная с карточки, совпадает с тем, что хранится в базе данных компьютера допуска, ворота открываются, позволяя войти в здание. Если информация не совпадет, ворота блокируются, закрывая как вход, так и выход. Разумеется, предусмотрена система экстренного открытия ворот, чтобы охранники, дежурящие на пропускных пунктах, могли войти в здание в случае чрезвычайной ситуации. Администрация концертного зала недовольна этими воротами.

— Почему? — спросил Том. Встав, он налил себе седьмой стаканчик кофе.

— По эстетическим соображениям.

— Но мы же используем пуленепробиваемый плексиглас. Пусть скажут спасибо, что мы не притащили стальные решетки.

— Здание является исторической достопримечательностью и…

— Пошли их к такой-то матери, — решительно поставил точку Пакстон. — Какие границы вы установили для сенсорных панелей, измеряющих вес? Я не хочу повторения того, что произошло в прошлом месяце в Вашингтоне.

Член Верховного суда поправился на шесть фунтов после того, как данные о его весе были зашиты в карточку допуска, и его блокировало в воротах.

— Плюс-минус десять фунтов. Этого должно хватить.

Вернувшись за стол, Том снова мысленно прошелся по всем пунктам, затем поднял взгляд на Вайна.

— Значит, остался только оркестр. Вот из-за чего все проблемы? Из-за этих долбаных музыкантов?

— Я как раз перехожу к этому.

— Или стараешься от этого уклониться.

— Я жду телефонный звонок. Я надеялся, мне позвонят, пока я буду докладывать. Том, мы наткнулись на глухую стену.

— Почему они так упорствуют?

— Руководитель оркестра не желает подвергать своих музыкантов «хождению по мукам», как он это называет. Он говорит, что это исполнители с мировой известностью, и он не допустит, чтобы с ними обращались как с преступниками.

— Необходимо срочно решить этот вопрос. — Пакстон собирался добавить еще что-то, но остановился. Читать Вайну нотации нет смысла. Вместо этого он повернулся к его помощнику. — Алана, пришел черед тебе петь и плясать.

Алана Грин, гений математики и других точных наук, в восемнадцать лет окончила Массачусетский технологический институт и с тех пор работала в «Глобальной службе безопасности». И сейчас, в свои двадцать четыре года, она оставалась самым молодым сотрудником компании. Она была всего на год старше дочери Тома. Алана начала было говорить, но тут у Керри зазвонил сотовый телефон. Взглянув на дисплей, секретарша Пакстона ответила на звонок.

— К нам поднимается Давид Ялом, — сказала она, закончив разговор.

— Давайте подождем, — обратился к Грин Пакстон. — Устроим небольшое представление для прессы.

— И еще одно, — продолжала Керри.

Том вопросительно посмотрел на нее.

— Я только что получила информацию, что, если позволит график, к нам на концерт пожалуют дополнительные гости.

Пакстон поднял брови.

— Говори, не тяни.

— В конце следующей недели вице-президент и министр обороны Соединенных Штатов будут находиться в Восточной Европе. Похоже, оба они — поклонники Бетховена.

Воскресенье, 27 апреля, 10.15

Давид Ялом уже несколько раз брал интервью у руководителя «Глобальной службы безопасности», и Пакстон встретил его тепло, хотя и несколько смущенно. Он еще не видел Ялома после того, как при взрыве погибла вся семья израильского журналиста. И хотя ему еще никогда не приходилось встречаться с приговоренным к смерти, именно об этом подумал Том, пожимая руку Давиду и глядя в его мертвые глаза. Ялом побледнел и осунулся. Он здорово похудел; казалось, его терзает смертельная болезнь.

— Не желаете кофе? — предложила Керри. — Чего-нибудь выпить?

— Кофе, — сказал Ялом, а затем, словно спохватившись, добавил: — С большим удовольствием.

Достав из кармана темно-зеленого рюкзачка блокнот, он раскрыл его на чистой странице и начал, обращаясь к Пакстону:

— Первым делом, примите поздравления с тем, что вы одержали верх в этом конкурсе. Вам предстоит большая работа.

— А большая работа требует тщательного планирования. Вы готовы?