Шляхетный кадетский корпус — одно из трех военно-учебных заведений, существовавших тогда в России. Специальное образование, в том числе и военное, не являлось обязательным для поступления на службу. Подавляющее большинство офицеров армии до середины XIX столетия обучалось дома или на полковом дворе, постигая основы ратного ремесла на практике. Более важным последствием обучения в кадетских корпусах того времени было установление полезных связей, поскольку существовала прочная традиция протежировать «своим». Однако офицером Дмитрий Павлович Цицианов не стал и «секретарем капитанского чина» был выпущен в гражданскую службу.

Екатерина II назначила его председателем Верхнего земского суда в Смоленске. Перебравшись в Москву, Д.П. Цицианов несколько лет прослужил в Межевой палате. В 1757 году он издал весьма примечательную книгу — «Краткое математическое изъяснение землемерия межевого», ставшую основным пособием и инструкцией для землемеров XVIII века. Выражаясь современным языком, это было практическое пособие для проведения разграничений между землевладениями и составления поземельных планов и карт. Автор понимал, что его читатель в большинстве случаев не знает в этой области абсолютно ничего, и потому начинал с азов, обучая всем операциям шаг за шагом. В книге мы находим правила пользования компасом, объяснение геодезических и математических терминов, рекомендации по выбору красок и карандашей для рисования планов. Согласно нормам того времени, Дмитрий Павлович Цицианов посвятил труд своему начальнику П.И. Шувалову — главноприсутствующему в Межевой канцелярии и одному из влиятельнейших людей в царствование Елизаветы Петровны.

Следующим местом его службы стала Юстицколлегия, где Д.П. Цицианов «приобрел лестное название нелицеприемного судьи и мудрого советника». Куратор Московского университета тайный советник Михаил Матвеевич Херасков пригласил его участвовать в издании «правил Русского Законоведения». Дмитрий Павлович читал лекции в Академии наук, занимался переводами иностранных сочинений. В частности, он перевел «Историю короля Генриха Великого, сочинение Гердцена Перефикса, перевод с французского» (в двух частях, Тамбов, 1789— 1790). В 1776 году возраст и болезни заставили его уйти в отставку. В 1777 году он скончался, оставив детям своим завещание-наставление, напечатанное спустя девять лет Павлом Дмитриевичем.

Публикация предварена его словами, обращенными к брату Дмитрию: «Любезный брат и друг князь Дмитрий Дмитриевич! Завещание, дражайший залог милостей горячности и любви покойного и любезнейшего нашего родителя к нам, брату князь Егору и мне, при отъезде нашем из Москвы, им пожалованное. Сие бесценное для нас сокровище! Сберегая от тленности, напечатал я для удобнейшего сохранения для наших потомков и каждому из вас сообщаю по экземпляру. Горячая его к нам любовь, во всю блаженную его жизнь, разделялась между нами на равные части, как вам известно: и потому оно к тебе столько ж принадлежит, столько ж относится к тебе, столько ж драгоценно конечно, сколько и нам, получившим оное. Прими его как дар приятнейшей душе твоей с должным ему благоговением и восхищением, а мне верь, что я с отменно искреннею привязанностью во всю мою жизнь буду Твой вернейший брат Павел». Сразу скажем: о действительно искренней привязанности будущего главнокомандующего к своим близким родственникам свидетельствует и то, что он передал им имения, полученные в награду за Польскую кампанию 1794 года.

Обращаясь к своим детям, Цицианов-старший писал: «…Богатства не нажил, но сколько ж обстоятельства дозволяли, вам бедности чувствовать не дал, ни в чем нужном, уповаю, признаться можете сами, оскудения не имели…» Далее отец завещал сыновьям твердо держаться канонов православия, напоминая, что «Писание велит предпочитать премудрость и разуму и злату и серебру и дорогим каменьям…». Второй завет касался правил службы: «Власть как высочайшую, так и поставленные от нее, должно почитать и являть то словом и делом; всегда и везде законам и повелениям повиноваться; звание свое и должность наблюдать так, как только возможно, исправно, прилежно и ревностно, больших и старших себя почитать, разных лаской и учтивостью предупреждать, а нижним являть крайнее снисхождение». В отношении родственников сыновья должны были проявлять «благородную горячность и обязанность крови». Далее следовал завет барина «осьмнадцатого веку»: «Служителей так содержать, чтобы они тягостей рабства не чувствовали, почитали вас господами вкупе и отцами, и все должное исполняли с радостью». Завершалось завещание наставлением общего характера: «Вообще стараться должно, чтоб вседневно в радости и добродетели преуспевать, а от дикости, грубиянства, ссор и несогласия, от всех страстей и зла удалиться, и тем нажить имя доброго человека и истинного Христианина, полезного общества гражданина, и честного и благородного товарища, и храброго солдата, и любезного друга» [18] .

Цициановы породнились с Давыдовыми — одной из разветвленных дворянских фамилий также грузинского происхождения. Мать будущего генерала, Елизавета Михайловна Давьщова, была образованной женщиной. Культурная среда, в которой рос Павел Дмитриевич, привила ему любовь к чтению. По свидетельству людей, знавших его подростком, «книга Плутарха не выходила из его рук» [19] .

Примечательно, что в Русский биографический словарь попал и младший брат Павла Дмитриевича, Михаил, 1767 года рождения. Записанный, как положено дворянам того времени, в десятилетнем возрасте в Преображенский полк каптенармусом, он получил первый офицерский чин прапорщика в 1790 году и за пять лет вырос до поручика гвардии, после чего вышел в армию премьер-майором Софийского пехотного полка. В 1798 году получил заветный чин полковника и покомандовал некоторое время Кирасирским полком Неплюева (впоследствии Каменова), но 12 ноября 1799 года, как это случилось со многими офицерами в Павловское царствование, оказался в отставке. Осенью 1801 года, как и многие другие офицеры, оказавшиеся вне службы при Павле, он вернулся на гражданскую службу в Кремлевскую экспедицию Сената, а в 1806 году перевелся в Оружейную палату. В 1808 году М.Д. Цицианов стал статским генералом — действительным статским советником. В 1813 году он получил ответственный пост — директора экспедиции для строений в Москве. Это означало, что ему пришлось заниматься восстановлением казенных зданий в разоренном и сожженном городе. В 1814 году он вернулся на службу в Оружейную палату и Кремлевскую экспедицию. В 1816 году последовало еще одно повышение в чине и статусе — Михаил Дмитриевич стал тайным советником и сенатором. При Николае I он тоже не был обойден царскими милостями: в 1826 году ему дали орден Святого Владимира 2-й степени — очень высокую награду, жалуемую только генералам. Кроме того, правительство сочло возможным сохранить ему после выхода в отставку все оклады жалованья, которые он получал по различным должностям. Умер М.Д. Цицианов 16 марта 1841 года в Москве и был похоронен в селе Всесвятском.

Дядя будущего главнокомандующего на Кавказе, Егор Павлович Цицианов, подполковник лейб-гвардии Преображенского полка, был довольно известным в свое время литератором, автором стихотворений «В день рождения Филлиды» (1791) и «Сирота», ряда рассказов-анекдотов, а также перевода басни «Смерть горлицы» (с французского языка) [20] .

Вся Москва знала князя Дмитрия Евсеевича Цицианова (1747—1835) — острослова, «русского Мюнхгаузена», одного из основателей и старшину Московского Английского клуба. Его сестра, княжна Екатерина Евсеевна Цицианова, в замужестве Лорер (около 1760 — до 1825) — мать декабриста Н.И. Лорера. Заметной фигурой в военной элите был Дмитрий Иванович Цицианов (1800—1851), племянник П.Д. и М.Д. Цициановых, офицер гвардейского Генерального штаба, состоявший по особым поручениям при Главном директоре кадетских корпусов великом князе Михаиле Павловиче. С 1832 года он служил правителем дел Военной академии, а затем, в чине полковника, был старшим адъютантом дежурного генерала Главного штаба. В 1842 году по неизвестным причинам был «переименован» в действительные статские советники и до своей отставки в 1850 году состоял при военном министре. Его брат — князь Павел Иванович Цицианов — офицер гвардии, был связан с декабристами, находился под следствием, но освобожден без наказания. Среди других известных родственников нашего героя — князь Дмитрий Иванович Цицианов, литератор, автор «Настоящего Ревизора», продолжения знаменитой комедии Н.В. Гоголя (СПб., 1836), написанной «по распоряжению Николая I как продолжение скандально нашумевшей пьесы, где власти искореняют описанные нарушения и наказывают прохвостов» [21] , а также князь Георгий Иванович Цицианов (1834—1897), генерал-майор, участник Крымской войны и Русско-турецкой войны 1877—1878 годов [22] .

Род князей Цициановых был записан в V часть родословных книг Тифлисской и Московской губерний. Герб высочайше утвержден императором Павлом I 22 октября 1800 года (по ходатайству русской ветви этого рода) и внесен в Участь «Общего гербовника дворянских родов Всероссийской империи» (Отдел 1. № 7) [23] . Он представляет собой щит, рассеченный на четыре части. В первой из них на лазоревом поле, диагонально от правого верхнего к левому нижнему углу, изображено свернутое красное знамя и над ним скачущий на белом коне воин в латах с поднятым копьем. Во второй части гербового щита изображен на золотом поле щит. В третьей части в золотом поле помещена диагонально, в том же направлении, что и знамя, лазоревая полоса, посреди которой латинская литера S. В четвертой части на лазоревом поле изображен золотой рог изобилия, опущенный вниз отверстием, из которого сыплются цветы. Гербовый щит помещен на развернутой княжеской мантии и увенчан княжеской короной Российской империи.