Пойдём со мной - хлопцы, раз уж мы снова вместе, наверняка подготовили не только ночлег, но и ужин. И не такой как у всего корпуса - уверен.

Команда была в сборе, вплоть до Спиридона. Вместо погибшего Малышко к ней присоединился другой минёр - Курочкин. Молодой парень, рыжий, глаза вроде умные, но разберёмся по ходу дела.

Представив своим архаровцам Алексея, поинтересовался на предмет ужина. Всё сделано в лучшем виде, даже картошки раздобыли, а ведь отвык я от неё за последнее время - всё каши да каши... Дичи, правда, не подстрелили, но грибов наш лесовик набрал, так что порубали на сон грядущий знатно.

А с утра - полный вперёд. То есть не совсем 'вперёд': 'Нормальные герои всегда идут в обход...'. Напрямки к Себежу и Пскову не пройти. Разве что прорубив себе дорогу через войска Наполеона. Таких амбиций у меня не имелось, пришлось двигаться вкругаля, причём с серьёзным запасом - кто его знает, насколько в стороны раскинулись завесы французской кавалерии и маршруты отрядов их фуражиров.

Не те силы у меня под командованием, чтобы в открытые схватки вступать. Да и задача поставлена совершенно другая.

Останавливались то на почтовых станциях, то в придорожных гостиницах, а изредка заезжали и в усадьбы, встречающиеся по дороге.

В одном из постоялых дворов чуть не возник пренеприятнейший инцидент:

Некий ополченский офицер посмел выразить недовольство соседством с моими гавриками, ужинающими за соседним столом. Вслух выразить. И достаточно нахально.

Пока я соображал, насколько можно высказать своё возмущение, Лёшка меня опередил:

– Сударь! Я попросил бы вас воздержаться от оскорбительных замечаний в адрес тех, кто побывал в боях за Россию, и следует опять же в бои за неё!

Едрит твою через коромысло! Вот куда полез, сопляк? Мне теперь разыгрывать капитана Блада, переводя стрелки на себя, чтобы пацана не прикололи на дуэли?

Но разрулилось - белый крестик на груди Алексея, всё-таки произвёл впечатление на офицера - те, кто сменил сюртук чиновника и помещичий халат на военный мундир, являлись лучшей частью российского дворянства, в прямом смысле лучшей.

К тому же данный поручик узрел, что и я со своими крестами на мундире поднимаюсь из-за стола - хватило ума сделать выводы.

Чертовски хотелось залепить этому дворянчику что-то типа: 'эти солдаты уничтожили французов больше, чем вы в своей жизни видели'.

Но не стоило. Зачем унижать человека, если он просто из своей эпохи? К тому же запросто на дуэль нарваться можно. Причём далеко не факт, что на шпагах...

– Капитан Демидов, - официально представился я.
– Следую с вверенным мне отрядом в распоряжение графа Витгенштейна. С кем имею честь? Что вызвало ваше недовольство?

Вроде ещё Леонов в 'Джентльменах удачи' говорил: 'Вежливость - главное оружие вора'. Мы хоть и не воры, но выкручиваться поручику будет непросто. Неужели посмеет ляпнуть что-то навроде: 'От ваших солдат плохо пахнет'?

Хватило ума воздержаться от подобной глупости:

– Приношу свои извинения, господа. Прошу принять моё искреннее восхищение всем тем, кому довелось скрестить оружие с войсками Бонапарта.

Поручик Михальский, Псковское ополчение. Честь имею!

Молодой человек боднул головой воздух, как бы подтверждая, что он действительно 'честь имеет'.

Ну что же - не совсем потерян для общества, вменяем по крайней мере. Я посмотрел на Алексея и тот понял:

– Подпоручик Соков. Алексей Сергеевич.

– Михаил Симонович, - не преминул представиться в ответ офицер. Вроде конфликта удалось избежать. Моя очередь:

– Вадим Фёдорович. Не угодно будет пересесть за наш стол?

– Благодарю за приглашение. С удовольствием.

По случаю знакомства-примирения, попросили ещё бутылку вина, каковую и употребили достаточно быстро.

Неплохим парнем оказался Михальский Михаил Симонович - вполне себе нормальный собеседник, рвётся в бой в свои двадцать лет. Гонор, конечно, присутствует. В плане 'белой кости'. Ну а чего ожидать от помещицкого сынка начала девятнадцатого века?
– Дитя своего времени.

Мои минёры и егеря, в месте со Спиридоном и Гафаром уже отправились на боковую, а мы продолжали 'полуночничать' ещё с часик. И ещё один 'пузырь' при этом приговорили. Оказалось, кстати, что имение Михальских в двадцати верстах от усадьбы Бороздиных, так что почти соседи. Странно, что Алексей ничего о них не знает.

Разошлись по комнатам, являясь практически друзьями.

До имения моего тестя оставалось всего-ничего, уже замелькали вдоль дороги знакомые рощицы, в значительной степени подёрнутые желтизной на кронах деревьев, уже проехали пепелище того самого трактира, который спалил мой 'одновременец', чтобы ему икалось на том свете, когда навстречу из-за поворота вынесло коляску. А на 'господском' сидении находился...