– К тому же кроме петербургского ополчения столицу прикрывает Финляндский корпус генерала Штейнгеля...

– Конечно. И французы не посмеют оставить нас у себя в тылу и на коммуникациях, это было бы верхом безрассудства. Наивно думать, что наш командующий поверит в такую авантюру. Какой вывод можно сделать?

– Готовится имитация атаки именно позиций Первого корпуса. А может и не имитация...

– Вот именно. Что-то в этом роде. Но мы приехали.

Спешились и прошли к Витгенштейну.

Генерал ожидал нас не один, в комнате присутствовал ещё и казачий полковник, которого граф представил как Марка Ивановича Родионова. Ну, то есть мне представил - с Сиверсом казак был знаком.

Ещё через несколько минут ввалились Кульнев с командиром гродненских гусар, полковником Ридигером. Вроде теперь собрались все, кто должен присутствовать.

– Прошу к карте, господа, - пригласил граф присутствующих к столу, на котором была развёрнута топографическая схема района. Примитивная донельзя, но уж имеем то, что имеем.

– Французский лазутчик, разоблачённый с помощью капитана Демидова, пытался убедить офицеров полка Якова Петровича предпринять рекогносцировку в данном направлении, рука Витгенштейна накрыла на плане россыпь небольших озёр между Себежем и Разнас.

– Наверняка войска маршала Удино готовят нам здесь какую-то ловушку, ожидая масштабной разведки, - продолжил генерал.
– Мы теперь знаем об этом. Хотелось бы выслушать вас, господа. Можем ли мы использовать сложившуюся ситуацию с выгодой для себя? Сначала прошу высказаться капитана Демидова, как самого младшего среди нас.

– Ваше сиятельство, господа, - начал я, - прошу понять меня правильно: не имею ни малейшего понятия о том, что за сюрприз приготовил нам противник. Со своим отрядом я неоднократно действовал на коммуникациях французов, но при этом всегда были известны направления действия врага и места его переправ через реки. Сейчас такового не имеется. Известно лишь то, что готовится некая засада. Если у нас появится хоть какая-нибудь информация о ней, то мои минёры постараются устроить войскам противника встречный сюрприз. Но до получения оной никаких действий кроме разведки малыми казачьими группами предпринимать нельзя.

Однако действовать нужно срочно. То есть необходимо решить: будем мы принимать хоть какие-то действия или просто примем к сведению, что с западной стороны нам нечего опасаться атаки.

– Благодарю, Вадим Фёдорович, - кивнул командир корпуса.
– Марк Иванович, прошу.

– Так что, - немедленно отозвался казачий полковник, - от моих хлопцев требуется разведка? Скажите только когда, куда и сколько, ваше превосходительство.

– Думаю, что пять малых отрядов. В десять сабель каждый, не более, - быстро поддержал диалог командующий корпусом.

– Ваше сиятельство, - снова подключился я, - разрешите, если господин полковник, конечно, не возражает, присоединить к трём отрядам по одному моему человеку?

– Кто такие?
– тут же нахмурился казак.

Я вопросительно посмотрел на Витгенштейна.

– Слушаем вас, господин капитан.

– По результатам разведки, вполне вероятно, что подчинённый мне отряд, будет задействован в установке мин на возможных направлениях движения противника. Поэтому хотелось бы иметь о французах максимально полную информацию. О местности тоже.

Поэтому очень прошу включить в состав одного из отрядов своего уральца...

– Это можно, - кивнул Родионов.
– Казак есть казак.

– В другой - башкира. Уж он точно обузой не будет - можно сказать: родился в седле...

– Этого тоже можно.

– В третий - лесовика. Кавалерист он, конечно, тот ещё, но зато в любой чаще тропу найдёт и по ней незаметно проведёт. А уж из лука своего стреляет как Аполлон.

Его - в тот отряд, где чаща будет погуще, а 'просторов' поменьше.

Кроме того, я прошу разрешения пойти лично с четвёртым...

– Категорически против!
– немедленно грохнул своим баритоном Сиверс.
– Запрещаю. Вы никуда не пойдёте, Вадим Фёдорович. Вы нужны здесь. Во всяком случае, до результатов рекогносцировки.

– Присоединяюсь к требованию Егора Карловича, - добавил от себя командир корпуса.
– У меня, господин капитан, кроме прочих соображений, ещё и вполне конкретный приказ министра беречь вашу персону елико возможно от всевозможных случайностей. Никаких ненужных авантюр. Война есть война, но излишнего риска нужно избегать.