— Вас паралич разбил?!

— Здесь мелко уже… — тихо произнес один иридианин.

— И что?!

— Можно до берега дойти, воды по пояс… — пробормотал второй.

— Да у вас девки храбрее, чем вы!

Лотто остервенело заработал веслами, компенсируя падение скорости.

— Не надо. Ждите меня здесь.

— А можно мы чуть дальше отойдем? — пряча глаза, попросил один из иридиан.

— Можно.

Воды и правда было почти по пояс. Бредя к берегу, я спросил Белоснежку:

— Тварь рядом?

— Нет.

Вот когда им очень надо, эти птицы умеют отвечать коротко и по существу. Жаль, конечно, что лишь в исключительных ситуациях это проявляется, все остальное время приходится выуживать капли полезной информации из моря чепухи.

Остров встретил меня какой-то подчеркнуто зловещей тишиной. Птички если и пели, то где-то вдалеке и как-то скупо, будто за каждый «чирик» им приходилось платить золотом, кузнечики, несмотря на солнечное утро, трещали неохотно, ветер хоть и задувал, но листвой не шелестел.

Напряжение в природе меня не удивляло. Где-то здесь, среди зарослей кустов с подсыхающей листвой и кривых деревьев, бродит Вдова Лодочника. Одна из самых загадочных тварей немалого пантеона погани. О ней ничего толком не известно. Всеобщее мнение: держаться от нее следует как можно дальше. Остров, на котором или хотя бы рядом с которым ее увидели, обзаводится предупреждающей пометкой на карте, и ни один мореход, пусть даже самый отмороженный, ни за какие сокровища к нему не приблизится.

С точки зрения здравого смысла то, что я сейчас делаю, относится к острым случаям сумасшествия. Но мне безразлично мнение окружающих. Мне нужна Вдова Лодочника. Точнее, то, что может скрываться в ее теле. Единственное средство спасти Нью. Увы, девочка права: здешняя медицина не потянет такого ранения. Грязный арбалетный болт в печени — это приговор.

Нью не умрет. От бухты до острова немногим больше километра, четырехвесельная лодка прошла это расстояние за несколько минут. Я и сам рвался грести, но вовремя одумался: мешал бы другим, да и силы перед схваткой лучше приберечь. Кто знает, каково придется в бою? Каждая мелочь может пригодиться.

Еще немного, и покажется широкая прогалина, поросшая кустами. Когда-то там были поля и огороды, а теперь лишь останки домов напоминают о брошенной деревне.

Белоснежка вспорхнула с плеча, резво полетела вверх, проверещав:

— А вот теперь близко!

Ну что ж, я хотел именно этого. Воткнул алебарду в землю, поспешно натянул самый мощный арбалет, который нашелся среди трофеев. Сомнительно, что уложу тварь болтом, но здоровья от раны у нее точно поубавится. С чего-то ведь надо бой начинать?

Белоснежка кружилась метрах в двадцати над землей, что меня беспокоило. Вчера, во время схватки с поганью и бегства, она так не поднималась. Что-то сильно ее пугает. Спасибо, что прочь не улетела, пытается помочь, волнуется за хозяйку.

Да где же эта тварь?! У меня времени нет ее дожидаться!

Не выдержав, крикнул:

— Эй! Я здесь! Теплый и вкусный! Сильно соскучился!

Иногда впору проклясть свой язык. Вот и сейчас он сработал будто спусковой механизм. Я даже понять ничего не успел: свист чего-то стремительно приближающегося и ошеломляющий удар в левое плечо. Тело взлетело, будто теннисный мячик, отскочивший от ракетки, короткий полет завершился сокрушительным ударом о дерево. Кромку шлема согнуло, она впилась в лоб, перед глазами брызнуло красным.

Да чем это меня так стукнули?! Фонарным столбом?!

Завалившись наземь, я жадно стал хватать ртом воздух, но ни глотка не мог доставить отбитым легким. Приложило так приложило. Самое паршивое, что, как ни вращал головой, твари не видел. Она исчезла так же неожиданно, как и появилось. Лишь омерзительный шорох в кустах, будто там упитанная змея ползает.

Опять свист, но вовсе не со стороны подозрительных кустов, а с противоположной. На этот раз я был чуть умнее и не стал пытаться вскочить в боевую стойку. Знаю, уже научен.

Вжался в землю всем телом. Что-то прошелестело над спиной, задело шлем с такой силой, что завязка, не выдержав, лопнула, и я остался без важной детали доспехов.

А еще успел приподнять голову и заметить, как, подстригая кусты, вдали исчезает черная плеть толщиной с садовый шланг.

Так вот чем она меня. Теперь я понимаю, почему вдовушка осталась без муженька. Кто же выдержит такие побои. Это тебе не банальная скалка.

Боевая плеть — оружие редкое и специфическое, а таких размеров и вовсе не виданное. Им не любят пользоваться из-за множества недостатков, перечеркивающих достоинства. Куда эффективнее ее близкие родственники — по-разному называемые грузы на цепях. Очень даже неплохо работают как против латников, так и незащищенных воинов, и простора им много не надо.