– Спросите недоносков.

Буян опустил плечи.
– Мы спрашивали. Они не горазды на объяснения. Один Гриб вообще что-то сказал. О, Синн хорошо умеет говорить, когда ей это выгодно. Мы с Гесом, мы ждали чего-то более... гм, осмысленного.

Блистиг фыркнул.

Тавора сказала: - Надежный Щит, сообщите Смертному Мечу следующее. Напасть, армии Летера и Болкандо идут к Шпилю. Я страшусь, что даже таких значительных сил... окажется недостаточно. Колдовство Форкрул Ассейлов могущественно и коварно, особенно на поле битвы...

– Неужели, Адъюнкт?

Она заморгала.
– Я провела три года в архивах Анты, Буян. Читала старые и темные исторические хроники, свезенные в столицу из самых отдаленных углов Малазанской Империи. Беседовала с лучшими учеными, включая самого Геборика Легкокрылого, толкуя фрагменты знаний о Форкрул Ассейлах.
– Она чуть замешкалась.
– Я знаю, что нас ожидает, Надежный Щит. Три армии людей, что маршируют на юго-восток... уязвимы.

– А К'чайн Че'малле - нет.

Она дернула плечом: - Вообразите стоящего перед нами Форкрул Ассейла. Думаете, он сможет приказать, чтобы ваш Ве'Гат бросил оружие? Встал на колени?

Буян буркнул: - Хотелось бы это увидеть. А недоноски?

– Им безопаснее в вашей компании, нежели в нашей.

Его глаза сузились.
– Что вы хотите сделать с Охотниками за Костями, Адъюнкт?

– Разделить силы врага, Надежный Щит.

– Вас уже потрепали, Адъюнкт...

– Но вы отомстили за нас.
– Она сделала шаг вперед, сказав чуть тише: - Буян, когда новость о вашей победе разойдется по армии, многие призраки недавнего прошлого замолчат. Криков ликования не будет - я не так глупа, чтобы этого ждать. Но будет, по меньшей мере, удовлетворение. Понимаете?

– А Скрипач...

– Жив.

– Хорошо.
– Он прищурился.
– Вы умеете собирать союзников, не так ли, Адъюнкт?

– Это не я, Буян. Это сама наша причина.

– Я согласился бы, сумей понять, какова наша причина.

– Вы упомянули Дестрианта...

– Да.

– Тогда спросите его.

– Спросили, но она знает еще меньше нашего.

Тавора склонила голову набок.
– Уверены?

– Ну, она плохо спит. Каждую ночь кошмары.
– Он уцепился пальцами за бороду.
– А, Худ меня побери...

– Она видит участь, грозящую всем в случае нашей неудачи.

Он замолчал, раздумывая, пересекая тысячи лиг воспоминаний и времени. Дни в Арене, нестройные ряды, озлобленные лица, отчаянная нужда в спайке. "Армии - буйные звери. Вы взяли нас, сделали из нас что-то... но никто не знает, что и особенно зачем". И вот она перед ним, обычная тощая женщина. Невысокая. Ничем не примечательная. "Разве что железом в костях".– И зачем это вам, Адъюнкт?

Она надела шлем, защелкнула застежку ремешка.
– Это мое дело.

– Ваш путь, - настаивал он, не желая уходить, - где он начался? Первый шаг, когда он был? Хотя бы на один вопрос ответите?

Она рассматривала его.
– Могу ли я?

– Я готов ехать назад, к Геслеру. И готов доложить. Но мне нужно сказать, что я обо всем думаю. Так что... дайте мне хоть что-то.

Она отвела взор, поглядела на сформированные колонны армии.
– Мой первый шаг? Хорошо.

Он ждал.

Она стояла, будто вырубленная из плохого мрамора, роняющая пыль статуя - но нет, это чувство рождено в его душе, словно он нашел в себе зеркальное отражение стоящей в профиль непримечательной женщины, и отражение открыло ему тысячи истин.

Она снова обратила к нему лицо, но глаза оказались в тени ободка шлема.
– В тот день, адъютант, семейство Паран потеряло единственного сына.

Ответ был таким неожиданным и колючим, что Буян не нашел что сказать. "Боги подлые, Тавора". Он пытался найти слова, любые слова.
– Я... я не знал, что ваш брат умер, Адъюнкт...

– Не умер, - бросила она, отворачиваясь.

Буян выругался про себя. Сказал не то, что нужно. Показал свою глупость, уровень непонимания. "Чудно! Может, я не Геслер! Может, я не врубился..."– Казалось, его овеяло ледяное дыхание.
– Адъюнкт!

Крик заставил ее развернуться кругом.

– Что вам?

Он глубоко вздохнул.
– Когда мы соединимся с Напастью и прочими, кто примет общее командование?

Она чуть помедлила.
– Там будут принц Летера, Смертный Меч Серых Шлемов и королева Болкандо.