Закрыв глаза, Кармен откинулась на спинку кресла. Ее обескровленные губы стали под стать бледной коже.

— В таком случае куда мы направляемся?

— Первым делом мы заскочим на Альпин, потому что нам все равно по пути. Я хочу проверить, не получены ли какие-нибудь новые сведения. Затем мы полетим дальше — в усиленном составе, если мне удастся убедить правительство Альпина выделить нам боевые корабли. Полетим туда, где, как я полагаю, в настоящий момент находятся Директора и где мы сможем найти Майкла — если нам вообще суждено его найти. — Подавшись вперед, министр ткнул в объемное изображение световой указкой. — Туда, где, согласно донесениям, в последний раз был обнаружен Тадж. В непосредственной близости от Ядра.

В какой-то момент путешествия — и вся суть этой неприятности заключалась именно в том, что Майкл не мог сказать, когда конкретно, — он обнаружил, что, по крайней мере на сознательном уровне, потерял счет времени. У него не осталось четкого представления о том, как давно его захватили в плен.

Майкл пришел к выводу, что ему повезло, ибо это, похоже, было единственным психологическим последствием всего того, что с ним случилось.

Женщина по имени Элли, с которой Майкл вел частые, но все еще смущенные беседы, подтвердила, что, по всей видимости, действительно является его родной матерью. Почему-то они не стали слишком долго говорить на эту тему — точнее, они вообще ни о чем не говорили особенно долго. Помимо свиданий с матерью, контакты Майкла с людьми были сведены до минимума. За ним постоянно присматривали один или два робота, но большую часть времени он проводил в одиночестве в отведенной ему небольшой каюте. Довольно часто его выводили в имеющийся на борту корабля крохотный спортивный зал, где мальчик, выполняя распоряжения машин, занимался с эспандером, гирями, на велотренажере и беговой дорожке. После этого его снова приводили в капитанскую рубку, где с ним вел долгие разговоры Координатор. Иногда Элли занималась вместе с Майклом в тренажерном зале, но при беседах в рубке она никогда не присутствовала. Временами разговоры с Координатором проходили при доброжилах, робко державшихся в стороне и всем своим видом показывавших, что они предпочли бы находиться в любом другом месте. Добровольные прислужники машин по большей части молчали, с готовностью предоставляя право вести разговор своему господину и повелителю. Обычно при этих разговорах присутствовал мужчина по имени Сталь, в облике которого было что-то металлическое, иногда к нему присоединялась полная молодая женщина, чье имя Майкл не знал. Лишь изредка в беседах участвовала худая женщина с восточными чертами лица. Один раз Майкл услышал, как Сталь назвал ее Хоси.

Изредка? Сколько бесед с Координатором у него было, если любое число раз, отличное от одного, можно назвать «изредка»? Майкл не помнил. Он потерял власть над временем.

Возможно, это происходило от того, что берсеркер гипнотизировал его или одурманивал с помощью каких-то наркотиков? Обдумав это предположение, Майкл пришел к выводу, что оно не соответствует действительности. Координатор должен обращаться с ним как можно бережнее, по возможности сохранив его таким, каким он был до захвата в плен, чтобы доставить его Директорам, где мальчику предстоит долгая счастливая жизнь. Майкл также рассудил, что беседы, которые ведет с ним машина, направлены скорее на то, чтобы поддержать в нормальной форме его психическое состояние, и вряд ли являются серьезной попыткой обратить его в доброжила.

— Расскажите мне историю, — попробовал Майкл однажды, когда в рубке, кроме них с Координатором, никого не было.

— Какой сюжет должен быть у этой истории?

— Доброжилы.

После длившейся несколько секунд паузы машина начала рассказ. Она принялась описывать ужасы и мучения, которые пришлось перенести людям, попавшим в руки зложитей, чтобы помочь берсеркерам уничтожить огромное количество других людей.

— Все, не хочу больше слушать, — решительно оборвал Координатора Майкл.

Машина остановилась на середине предложения и не сразу продолжила дальнейший разговор.

Когда мальчик в следующий раз был вызван в рубку, он застал там вместе с Координатором Сталя.

— Расскажи Майклу, как хорошо быть доброжилом, — приказала машина своему живому прислужнику.

— С радостью.

Сталь помолчал некоторое время, словно человек, собирающийся с мыслями. Но Майклу показалось, что эта пауза, как и последовавший рассказ, была тщательно отрепетирована.

— Единственным благом жизни является то, — начал Сталь, — что она служит делу смерти.

— Почему смерть является благом? — прервал его Майкл.

Сталь выразил недоумение, показывая всем своим внешним видом: «Если ты сам этого не понимаешь, я вряд ли смогу тебе помочь». Наконец он заговорил:

— Юный сэр, если вы познакомитесь с жизнью поближе, этот вопрос отпадет сам собой.

— Вы близко знакомы со смертью?

— Смерть является целью, к которой мы стремимся, это дар обретения вечного спокойствия. Смерть...

— Но ведь вы же еще живы. Как и те две женщины.

Белокурый мужчина снисходительно посмотрел на мальчика:

— Мы нужны здесь во имя великого дела. Нам пока отказано в успокоении.

— Координатор, — посмотрел на машину Майкл, — этот человек действительно хочет умереть?

Где-то в рубке какое-то электронное устройство издало едва уловимую мелодичную трель; в остальном в помещении царила полная тишина.

— Да, хочу, — спокойно ответил Сталь. — Понимаете, Майкл? И вы тоже нужны здесь. Даже очень долгая жизнь может быть благом, если она посвящена служению правому делу; жизнь тоже по-своему приносит удовлетворение.