— Эй, есть тут кто-нибудь? — крикнул детектив. Его слова прокатились по пустым комнатам гулким эхом. Открыв дверь пошире, он вошел в квартиру. Гейл опасливо пряталась за его спиной.

— Вы уверены, что это и есть та квартира?

Центральная комната была такой же белой, как и вчера, но стены сияли безукоризненной белизной. Запах краски перебивал едва уловимые остатки запаха горелого мяса и разлагающихся тел.

Она бросилась в темный коридор, высматривая следы кровавых деяний Мясника, которые они с Магнусом обследовали двенадцать часов назад. Но все комнаты были пусты и свежевыкрашены. Грачик, следовавший за ней, кривился в усмешке и раздраженно хмыкал.

Не было ни рюкзака, ни чемодана, холодильник хотя и стоял на месте, но был абсолютно пуст. Гейл казалось, что она сходит с ума, что и жертвы, и убийца — лишь плод ее воображения.

В каком бы недоумении и растерянности она ни была, Гейл заметила, что стены стали выглядеть по-другому. И дело не только в свежей краске. Их успели оштукатурить заново, а уж потом покрасить. Посмотрев себе под ноги, она увидела, что пол выложен керамической плиткой. Гейл была уверена, что вчера этой плитки здесь не было. Нет, пока еще рано сходить с ума! Но что ей нужно делать? Сдирать штукатурку? Вскрывать плитку?

Грачик стоял, прислонившись плечом к дверному косяку, и терпеливо ждал объяснений. Но какие могли быть объяснения?

День тонул в моросящем тумане, поглотившем верхние этажи Мирового торгового центра — исчезли все цвета, кроме оттенков серого. К полудню Фонтана и Фаррелл нашли наконец Шестьдесят девятую улицу в Чайнатауне. Магазин, расположенный по адресу, который дали в полиции, не имел вывески на английском языке, только на китайском, видимо, его владельцы считали, что в него вряд ли забредут англоязычные покупатели. На всех полках стояли китайские лекарства: травы, слабительные средства, мази, лосьоны — целая экзотическая фармокопея, призванная вылечить все болезни и недомогания, о которых ни Фонтана, ни Фаррелл никогда ничего не слышали.

Только в этом магазине можно было приобрести мази Ванлинг, Туджин и Чунг Ван Хунг. Фонтана подошел к прилавку, из-за которого его приветствовала улыбкой маленькая китаянка.

— К вам приходит один мужчина, красивый американец лет тридцати. Он называет себя Дэн или Дэниел.

Это описание предоставил Фонтане домовладелец с Западной двенадцатой улицы, тощий, робкий старичок, который сделал это скорее со страху, чем из благодарности за немалую сумму, выданную ему Фонтаной. По словам домовладельца, этот Дэн — очень приятный молодой человек, не причинявший никому беспокойства, тихий, скромный и очень вежливый. Плату за квартиру вносил всегда вовремя, помогал старым леди и даже смотрел за детьми, когда их матери шли в магазин за покупками. Но самой замечательной его особенностью являлась его необычайно изысканная красота — от него невозможно было отвести глаз. Но с мужчинами Дэн не спал и презирал тех, кто это делал.

После нескольких секунд сосредоточенного размышления китаянка кивнула головой и затараторила то ли по-китайски, то ли по-английски.

Фонтана посмотрел на Фаррелла. Тот пожал плечами.

— Убей меня Бог, если что-нибудь понял!

— Она, наверное, думает, что мы хотим купить что-то из этой дряни!

Фонтана понял, что продолжать расспрашивать женщину о Дэне не имеет смысла. Он достал из кармана пузырек с неизвестной жидкостью, пахнущей как соевый соус.

— Такое у вас продается?

Китаянка состроила гримасу и покачала головой.

Фонтана спросил, медленно и четко выговаривая слова:

— Есть здесь поблизости школа карате или кунг-фу?

Лицо женщины засветилось пониманием.

— Кунг-фу, карате? Да, — она неистово закивала головой, довольная тем, что поняла, чего хотят эти два джентльмена.

Вышла из-за прилавка и подошла к входной двери.

— Это там, о’кей? Идете улица Пелл, о’кей? Этот номер, о’кей? — она нацарапала на кусочке розовой бумаги номер 131 и сунула его в руку Фонтаны. — О’кей?

— О’кей. Большое спасибо.

— Да, наверное, знаю, о ком вы говорите, — сказал им человек, которого они обнаружили по указанному китаянкой адресу. Пол и стены помещения сотрясались от прыжков и выпадов учеников, отрабатывавших свои приемы и при этом не забывавших кричать каждый раз, когда поражали воображаемого противника.

— Он занимается здесь?

— Нет, это Северная Школа Богомола. Мы специализируемся на кик-боксинге. Думаю, ему нужно что-то другое. Справьтесь в Южной Школе Богомола, что на Пятнадцатой улице.

Дождь усилился, они сразу промокли насквозь, но Фонтана этого не замечал — увлекся поиском, несся по следу, чувствуя, что двигается в нужном направлении.

Дом, который они высматривали, находился рядом с салоном красоты «Хип-Ки». В его окне маячили мужчины в белых халатах, суетились вокруг чинно восседавших в креслах клиентов, стригли и укладывали волосы.

Фонтана и Фаррелл увидели рядом гостеприимно распахнутую дверь, вошли, поднялись по широкой лестнице на второй этаж, где услышали все то же ритмичное топанье, звуки ударов и истошные вопли, сопровождавшие их.