— Да, проблем у него хватает, но он отлично все разруливает.

— В мой первый сезон был у нас некто Бутстреп. Нормальный вроде парень, справлялся неплохо, но любой — даже салага — мог сказать, что он уже всеми мыслями на пенсии. У него был небольшой домик где-то в штате Вашингтон, и именно там были все его мысли. Все знали, что он работает последнее лето. Он вел себя так отстраненно… ты представляешь? Даже с салагами.

Галл кивнул, попробовал кекс. Пища богов.

— Я понял. Не хотел ни с кем сближаться. Не хотел никаких личных отношений. Не хотел ничем и никем заниматься…

— Да, наверное. И тогда им занялся ММ. Ты же знаешь, какой он. Он — босс, но он один из нас. И все знают, если хочешь поворчать, или похныкать, или выпустить пар, иди к Майклу.

— Выпьем за ММ.

— С удовольствием. — Они чокнулись пивными банками. — Мне нравится спать с тобой.

В его кошачьих глазах запрыгали дьявольские искорки.

— Нелогичный вывод, но я переживу.

— Я серьезно. Меня вдруг осенило, что позади уже половина сезона, причем совершенно необычного сезона. Убийства, поджоги, вандализм, и я регулярно занимаюсь сексом.

— Будем надеяться, что во вторую половину перейдет только последний пункт.

— Хорошо бы. Галливер, дело в том, что, хотя мне очень нравится заниматься с тобой сексом, я вполне сознаю, что даже если мы прекратим заниматься сексом…

— Прикуси язык.

— Даже если прекратим, — со смехом повторила Роуан, — я все равно с удовольствием сидела бы с тобой у костра и болтала о чем угодно.

— Я тоже. Только я хочу секс.

— Очень удобно нам обоим. А еще лучше регулярного секса то, что ты втайне не мечтаешь, чтобы я была другой: меньше одержимой работой, больше одержимой красивым бельем…

Галл достал сигару, зажег ее, не спеша выдохнул дым.

— Я люблю красивое белье. Это тебе на заметку.

— Тебя не унижает то, что я помогала тренировать тебя и, возможно, на пожаре буду отдавать тебе приказы. — Он протянул сигару. Ро взяла, с удовольствием вдохнула. — Потому что ты знаешь себе цену, и это важно. Я не могу помыкать тобой, и это важно. И еще одно — я не думала, что мне это важно, потому что никогда не обращала на это внимания. Но теперь, в сочетании с остальным, стало важно. Ты принес мне цветы в бутылке.

— Я думаю о тебе, — просто сказал он.

Роуан снова втянула вкусный сигарный дым, выигрывая время, чтобы успокоить волнение, и вернула ему сигару.

— Я знаю, и это для меня внове. И еще. Мне тоже хочется о тебе заботиться.

Он потянулся к ее руке.

— Я знаю, но я рад это слышать.

— Всезнайка. — Держа его за руку, она откинула назад голову, посмотрела на усыпанное звездами небо. — Было бы чудесно остаться здесь на пару дней. Ни тревог, ни вопросов.

— Вернемся, когда закончится сезон.

Она не умела заглядывать так далеко. Следующий месяц? Следующий год? Это так же далеко, как звезды. И непроглядно, как дым. Она всегда считала, что лучше жить настоящим.

Перед рассветом Галлу приснилось, что он плывет под водопадом. Он нырнул поглубже в голубую прозрачную воду озера, разглядывая позолочённое солнечными лучами дно. Над головой ровно и приглушенно барабанили водяные струи, а навстречу плыла Роуан, такая же золотистая и мерцающая, как песок на дне, и смотрела на него глазами, ясными, как озеро.

Их губы встретились, руки переплелись, его пульс забарабанил в такт с дробью водопада. Лениво поглаживая ее бедро, Галл поднимался к поверхности… Он вынырнул из воды и из сна в один и тот же миг, но барабанная дробь не прекратилась, эхом гуляя внутри темной палатки. Улыбнувшись, он слегка встряхнул Роуан.

— Эй, слышишь?

— Что? — Ее голос, сонный и раздраженный, напомнил ему о соблазнительном сне. — Что? — повторила она уже не так сонно. — Медведь? Он вернулся?

— Нет. Послушай.

— Не хочу я… Дождь. — Ро оттолкнула Галла и села. — Пошел дождь?

Она подползла к выходу из палатки, откинула клапан.

— О, да. Дождик, дождик, не кончайся. Галл, ты слышишь?

Она оглянулась. Он заметил, как блестят ее глаза, ухмыльнулся и еще ухмылялся, когда Роуан с диким криком выскочила под дождь.

А чем я хуже, подумал он, и выбрался вслед за ней.

Роуан вскинула руки, подняла голову, подставив лицо водяным струям.

— Это не ураган, не короткий летний дождик. Проливной дождь, как сказал бы мой дедушка. — Она затанцевала, размахивая сжатыми кулаками, покачивая бедрами. — Галливер, не стой столбом. Танцуй! Танцуй! Танцуй в честь бога дождя.