Пожарные-парашютисты стекались к штабу из мастерских, с учебной зоны и спортивных площадок, из жилого корпуса, из парашютного хранилища. Из дежурки вышел Картежник. Мрачный, сгорбившийся, руки в карманах.

Роуан подтолкнула Галла локтем и сменила курс так, чтобы пересечься с Картежником.

— Ты такой мрачный, будто у тебя украли последнюю колоду карт.

— Думаешь, я облажался? Проморгал погрузку?

— Ничего подобного. Я думаю, что ты сделал все, как положено.

— Снаряжение было тщательно проверено. У меня есть все гребаные документы. Я проверил всю гребаную ведомость.

— Ты винишь себя? — уточнила Роуан.

— Такое не скроешь. Информация пойдет вверх по начальству, а вниз повалится дерьмо. Кто-то должен за все ответить, и, будь уверена, козел отпущения найдется. Мы что, должны перед погрузкой проверять каждый клапан, каждый патрубок, каждый тросик? Все ведь уже проверено и перепроверено. Я вообще не знаю, зачем занимаюсь этим гребаным делом.

Картежник отвернулся и поплелся сам по себе.

— Он не должен за это отвечать. Виноват только вредитель, — прошептала Роуан, глядя ему вслед.

— Картежник прав в том, что виновного обязательно назначат. Даже если докажут, что это сделал Брейкмен или любой другой, ответственность возложат на Карта.

— Это несправедливо. ММ должен драться за него. Они хотят наказать одного из нас, будто мало нам испорченного оборудования. — Ро опустила взгляд на свои перемазанные шоколадом руки.

— Держи. — Галл протянул ей влажные салфетки. — Некоторые проблемы решаются очень легко.

— Карт такой классный пожарный. И выпускающий тоже. Пусть иногда достает своими карточными играми и фокусами, но он всю душу в работу вкладывает. Больше, чем многие из нас.

Галл мог бы возразить, что это означает и регулярный, легкий доступ Картежника ко всему оборудованию, к тому же как выпускающий он не должен был прыгать в огонь на Аляске. Только какой смысл возражать? Роуан слишком сильно привязана к Карту.

— Не переживай. Обойдется.

Они вошли в штаб, где уже толпился народ.

Янгтри сидел, потирая колено. Доби стоял с закрытыми глазами, прислонившись к стене, похоже, дремал. Либби возилась с айфоном. Гиббонз бочком пристроился к стойке, уткнувшись в книжку.

Кто-то пил кофе, кто-то увлеченно трепался о пожарах, спорте, женщинах — три главные темы, кто-то вслух размышлял, о чем пойдет речь на совещании. Кое-кто просто рухнул на пол и отключился.

Они все похудели с начала сезона, и многие, как Янгтри, поглаживали ноющие колени — ахиллесова пята пожарных-парашютистов. А еще надорванные спины, потянутые мышцы, ожоги, ушибы. Некоторые из мужчин перестали бриться и щеголяли самыми разными бородками и бородищами.

Этим мужчинам и женщинам приходилось испытывать и крайнюю усталость, и голод, и жуткий страх. И каждый из них, не раздумывая, снова бросится в драку с огнем, когда позовет сирена, бросится, преодолевая боль, но не уклонится от схватки.

Галл никогда прежде не знал таких упертых, таких несгибаемых людей, готовых день за днем рисковать своей жизнью. И не просто готовых на риск, а любивших свое ремесло.

К нему протиснулся Мэтт.

— ММ не начал? Я уж решил, что опоздал.

— Пока нет. Не думал увидеть тебя еще пару дней.

— Я только на собрание. ММ хотел видеть всех, кто не на пожаре. Какие новости?

— Насколько я знаю, проверка продолжается. Нашли еще несколько поврежденных деталей.

— Сукин сын.

— Как твои родители? — спросила Роуан.

— Нормально. Навещают Шайло. Через пару часов мы заберем ее погулять, чтобы она освоилась с нами. К моей маме она уже привыкла.

— Как миссис Брейкмен?

Мэтт пожал плечами, старательно отводя глаза.

— Держится. Видно, как сильно она любит ребенка. — Он тихо вздохнул. — Они с мамой поплакали… ММ начинает.

— Итак, приступим, — крикнул ММ. — Я должен вам кое-что сказать. Полное внимание. Все знают об отказе оборудования на Аляске и в Вайоминге. Мы продолжаем полномасштабную инспекцию. Ни одна составляющая оборудования или снаряжения не покинет базу без тщательного осмотра. Я вызвал пару дополнительных сертифицированных укладчиков, и они заново укладывают все парашюты. Я хочу исключить все возможные риски и ваши тревоги.

Майкл помолчал пару секунд.

— На этой базе хорошая система безопасности, и никто здесь не халтурит. Мы знаем, что уверенность каждого парашютиста в снаряжении и оборудовании при прыжке и борьбе с огнем не просто важна, а является непременным условием дела. Все должно быть исправно и наготове. В тех случаях, о которых мы говорим, это условие было нарушено. Я принимаю ответственность на себя.

Холодным взглядом он остановил протестующие возгласы.

— Я связался с правлением, так что там все известно. Местная полиция и Лесная служба также в курсе происходящего и проводят собственные расследования.