— Пречистая Дева Памплонская! — повторила Маргарита. — Но ведь…

— Вы хотите сказать, что тогда возник бы законный вопрос: что побудило Рикарда Иверо пойти на убийство госпожи Жоанны? Злоумышленники предусмотрели и это. В том пакете, где якобы… Да, кстати, Симон. Пакет у тебя?

Симон утвердительно кивнул, извлек из-за отворота камзола довольно внушительного вида пакет и молча передал его Эрнану.

— Вот здесь, — сообщил своим слушателям Шатофьер, — по идее, должны находиться долговые расписки виконта, выкупленные графом Бискайским у ростовщиков. На самом же деле этот пакет содержит бумаги, призванные объяснить мотивы, побудившие Рикарда Иверо совершить убийство княжны Жоанны. Посмотрим теперь, насколько богата фантазия у наших злоумышленников. — С этими словами он вытряхнул содержимое пакета себе на колени. Вдруг лицо его вытянулось, брови изумленно поползли вверх. — Черт меня дери со всеми потрохами! Это действительно долговые расписки!

Фернандо и вовсе был ошеломлен:

— Что?! Мои расписки!.. Как же так?

Эрнан пристально посмотрел на него:

— Ага! Стало быть, вы тоже не ожидали их увидеть?

Фернандо промолчал. Взгляд его затравленно метался по комнате.

— Так это ваши расписки? — не унимался Шатофьер. — Это вы их скупили? Не граф Бискайский?

— Что произошло, сударь? — осведомилась Маргарита. — Вы что-то напутали?

— Да нет. Пожалуй, что нет. Пожалуй, это сам дон Фернандо что-то напутал — взял не тот пакет или… Ах, черт! — громко воскликнул он и вскочил на ноги. — Неужели?… Прошу прощения, сударыня. Филипп, Симон, присмотрите за пленником. Гастон, за мной… Я сказал — за мной! Скорей!

Как угорелые, они выбежали из прихожей, едва не столкнувшись в дверях с только что вошедшей Бланкой. Она недоуменно поглядела им вслед, затем повернулась к оставшимся.

— Что с ними стряслось?

— Думаю, — ответил Филипп, — они побежали ловить твоего… графа Бискайского. Как я понял, Александр подсунул Фернандо большущую свинью — вернее, пакет с долговыми расписками.

— А?!

— Вот-вот, оно самое. — Филипп бросил быстрый взгляд на кастильского принца. — Оказывается, это Фернандо выкупил у ростовщиков все векселя кузена Иверо.

— Так я и думала. Ведь у Александра не нашлось бы таких средств, а к услугам Фернандо казна графства Уэльвы и сокровища иезуитов. — Бланка подошла к наваррской принцессе и положила руку ей на плечо. — Мне очень жаль, кузина. У меня просто нет слов…

Маргарита обхватила руками ее талию и прижалась к ней лицом. Плечи ее задрожали.

Бланка погладила ее по голове.

— Я представляю, как тебе больно, дорогая. В сущности, Рикард был хорошим человеком, не то что мой брат Фернандо — его гнусная выходка меня безмерно огорчила, но не скажу, что я очень удивлена. Я всегда знала, что он мерзкий негодяй.

— Да-а, сестричка у меня что надо, — ухмыльнулся Фернандо, исподлобья глядя на нее. — Нечего сказать…

— Вот и не говори ничего, раз сказать тебе нечего, — спокойно произнесла Бланка, отстраняясь от Маргариты. Она села в свободное кресло между Филиппом и Симоном и продолжала: — И возблагодари Господа, Фернандо, что твоя участь зависит не от меня, а от Альфонсо. Так у тебя еще есть шанс остаться в живых.

Филипп невольно поежился.

— Ну как? — обратился он к Бланке. — Ты что-нибудь выведала у Жоанны?

— Да. Но об этом чуть позже, когда вернется господин де Шатофьер. Я не хочу повторяться, особенно, когда речь идет об очень неприятных для нашей семьи вещах.

— А как Жоанна? — спросила Маргарита.

— У нее истерика. Но она уже понемногу успокаивается.

— И ты оставила ее одну?!

— Нет. С ней господин Гамильтон.

— Гамильтон? А он-то здесь при чем?

Бланка вздохнула:

— Это будет еще один скандал, вернее, скандальчик. Жоанна собирается за него замуж.

— Вот те на! — Маргарита ненадолго задумалась, а потом махнула рукой. — Ну, и пусть себе женятся, мне-то какое дело.

Филипп и Бланка недоуменно переглянулись.

«Что-то случилось», — поняли они.

— И ты не станешь возражать?

— А почему я должна возражать? Мне этот мезальянс только на руку. Ведь когда Александра казнят, Жоанна станет графиней Бискайи, и для меня было бы гораздо хуже, если бы она вышла, скажем, за виконта де Сан-Себастьян.

— Понятно, — сказала Бланка, впрочем, нисколько не убежденная таким аргументом. — Ах да, Филипп, ты упоминал о долговых расписках. В чем, собственно, дело?

Он вкратце рассказал о том, как в пакете, где предположительно должны были находиться компрометирующие Рикарда Иверо документы, оказались его долговые расписки. После чего добавил:

— По выражению лица Фернандо было ясно, что версия Эрнана верна. Лично я на сей счет не сомневаюсь. Но при виде этих векселей у кузена Уэльвы аж челюсть отвисла. Вероятно, граф Бискайский задумал какую-то хитроумную игру и в самый последний момент подменил пакет.

— Ага. И господин де Шатофьер с господином д’Альбре, как я понимаю, направились в покои Фернандо — проверить, нет ли там графа?