«Я здесь главный! Я!!!»

Юноша не знал, что нужно делать, учился «на ощупь», но получалось у него отменно: потеряв почти половину себя, Магир ухитрился вцепиться в остатки, удержаться какое-то время, с трудом сохраняя хрупкое равновесие, а затем перехватить инициативу.

«Я здесь главный!»

Шас повторял свой клич непрерывно: сначала шептал, потом орал, а в самом конце, когда в победе не осталось сомнений, выкрикивал его вперемешку с хохотом.

– Я!

Чужак слабаком не был, но у Магира имелось преимущество – он оказался в големе первым, и защищаться, как выяснилось, было проще, чем атаковать.

– Я здесь главный!

– Молодец, – одобрил Винсент, снимая очки. – Отлично.

– Вы довольны тем, что проиграли? – Сообразив, что испытание закончилось, Магир тоже отключился от голема и с удивлением посмотрел на счастливого, как трамвай под напряжением, чуда.

– Я доволен тем, что у нас вообще получилось одновременно войти в голема, и мы при этом не спятили, – честно ответил Шарге.

– Мы рисковали? – выдохнул Турчи.

– Очень.

На мгновение, на одно маленькое мгновение, юношей овладел ужас, который, впрочем, рассеялся без следа.

– Но ведь у вас не получилось вытолкнуть меня! А значит, Ардоло тоже удержится.

– Во-первых, у меня есть немного времени на отладку схемы. – Винсент снова зевнул. – А во-вторых, я знаю Ардоло: ему будет достаточно угрозы, достаточно моего присутствия в голове его ненаглядного тела. Он испугается и сделает всё, что я скажу.

– Не сомневаюсь, – пробормотал шас.

Юноша припомнил неприятное, вгоняющее в панику ощущение чужого присутствия в голове и поёжился.

– Будь добр, свари мне ещё кофе.

– Да, мастер. – Шас послушно подошёл к кофеварке.

– И расскажи ещё раз о вчерашней неудаче.

Резкая смена темы, болезненное напоминание о проколе заставили Магира вздрогнуть и едва не выронить кружку. Однако юноша справился, запустил устройство, повернулся к старику лицом и спокойно, но скупо ответил:

– Объекту помогли.

– Я помню, – подтвердил Винсент, с наслаждением втягивая кофейный аромат. – Но мне неожиданно пришёл в голову вопрос: не могло получиться так, что ты попал в засаду?

– Нет, – сразу и очень твёрдо ответил Турчи. – Стыдно признавать, но из засады я бы не ушёл. Я не был к ней готов.

– Спасибо за честность.

– Я обязан быть честным в столь серьёзных вопросах.

– Да, именно так. – Шарге с благодарностью принял кружку кофе, подержал её в ладонях, как будто греясь, и продолжил: – Значит, объект просто шёл через сквер к Садовому?

Ночью старик был слишком занят экспериментами и особого интереса к неудаче не проявил, выяснил основные детали и отправил юношу спать, велев отдохнуть перед сложным днем. И только теперь вернулся к важной теме.

– Я думал, чел оставил машину на парковке у бара, и потому замешкался, – признался Магир. – Пришлось догонять.

– Так даже лучше: удар в спину – и все вопросы сняты.

– Именно так я и планировал поступить, – подтвердил юноша. – Но объект услышал меня и успел уклониться.

– Услышал, уклонился и отбил следующий удар… Чел прекрасно тренирован…

– А потом подоспела помощь, и мне пришлось уходить, – закончил Магир. – Проклятые наёмники всё испортили.

Всё испортило отсутствие опыта, но поскольку другого исполнителя у Шарге не было, он отказался от мысли как следует обругать шаса.

Винсент отхлебнул кофе, помолчал, щурясь на окно, после чего задумчиво протянул:

– Полагаю, ты прав: это не засада, а случайность…

– Такое бывает, – быстро согласился юноша, с облегчением сваливая вину на стечение обстоятельств. – Всего не предусмотришь.

И Шарге захотелось прибить идиота.

Удивительное заклинание, с помощью которого Ярга обращал в преданных сторонников даже самых ярых врагов, иногда давало неприятный побочный эффект в виде появления конченых фанатиков, и Магир, к сожалению, оказался именно таким. Чрезмерное почитание заурда не позволяло ему на сто процентов использовать интеллект, и заставляло болезненно относиться к любой оплошности, способной вызвать неудовольствие вождя, которого он воспринимал божеством. Агент получился среднего качества, однако время поджимало, поиск нового подходящего кандидата мог затянуться, и Ярга решил, что фанатик лучше, чем ничего.

Но князь далеко, а общаться со сдвинутым на почве верности шасом выпало Винсенту, и старик уже несколько раз ловил себя на мысли, что боящийся ошибиться Магир не заслуживает доверия.

– Ты говорил, что объект высок…

– Очень, – торопливо подтвердил Турчи. – Шизгара предупредил, что в наёмнике почти семь футов, и поэтому я выбрал для нападения «Великую тень», а не «Длиннорукого».

Романтически настроенный юноша придумал големам Шарге собственные имена, однако этот факт старик воспринял благосклонно, увидев в нём признание и почитание своего таланта.