— Да я ничего не имею против, — засмеялся начальник отдела, вспомнив, видимо, как вместе с наследным принцем выигрывал теннисные турниры. — Был бы результат!

И вот этот результат достигнут: Сервэн поверил в то, что ему рассказал Усалев, а значит и оценил все возможные для него последствия! А последствия эти заключались в том, что издание подобной книги во Франции неизбежно приведет к краху его личной карьеры и неблагоприятно отразится на судьбе и благополучии его детей!

Если участие «Маркиза» в Сопротивлении, даже в той его части, которой руководили коммунисты, было давно и всем известно и не могло скомпрометировать его сына (мало ли кто боролся с фашистами в рядах коммунистического Сопротивления!), то сотрудничество «Маркиза» с советской разведкой в годы «холодной войны» являлось несомненным криминалом не только для него самого, но и для всех его родственников! Кто же, узнав об этом, будет держать его сына в спецслужбе?! И дадут ли после этого внуку «Маркиза» закончить такое престижное военное учебное заведение, как Сен-Сир?! А личный секретарь крупного политического деятеля, мечтающий о собственной карьере? Захочет ли он взять в жены внучку агента советской разведки?!

Таким образом, безобидная (во всяком случае, для большинства людей!) легенда об издании книги для сотрудника контрразведки Сервэна представляла скрытую угрозу, устранить которую самостоятельно он никак не мог! Отныне он попадал в прямую зависимость от последующих действий «журналиста» и должен был искать компромиссное решение, одним из вариантов которого, как мы рассчитывали, могло стать сотрудничество с советской разведкой!

Мы также предполагали, что Сервэн решит обратиться непосредственно к Усалеву, который специально упомянул о своих контактах с друзьями отца: при необходимости это давало ему возможность сыграть роль посредника и естественно ввести в разработку Сервэна вербовщика, оставшись при этом как бы в стороне от основных событий. Таким образом, в дополнение ко всем своим достоинствам, легенда в достаточной мере обеспечивала личную безопасность Усалева, так как в случае каких-либо нежелательных действий со стороны Сервэна не давала спецслужбам повода обвинить его в недозволенной деятельности. Никому ведь не возбраняется писать книги на любую тему!

Теперь, когда я раскрыл весь наш замысел, необходимо сделать еще одно важное признание.

Конечно, слово «легенда» звучит красиво! Слова «обман», «вранье», «фальсификация» звучат менее благозвучно, хотя по смыслу мало чем отличаются одно от другого.

Без сомнения, наша легенда была построена на элементарном обмане. То обстоятельство, что за счет обмана мы поставили Сервэна в трудное — да что там трудное, в безвыходное положение! — кому-то наверняка покажется не только малопочтенным, но и недостойным порядочных людей занятием.

Но это только в том случае, если на минуту забыть, что Франсуа Сервэн был таким же профессионалом, как и мы, и жил по законам одной с нами профессии, которые неподвластны некоторым постулатам общечеловеческой морали! И если уж он занимался этим ремеслом и ввязался в эту драку, то должен быть готов ко всему, в том числе и к тому, что когда-нибудь нарвется вот на такую легенду!

А что касается порядочности, то хотелось бы напомнить, что и бокс, и самбо, и карате — тоже не для уличных драк! Этими видами единоборств занимаются профессионалы, причем в строго отведенных местах, коими являются ринг, ковер или татами! Если профессиональный каратист ударит беззащитного, неискушенного в тонкостях этого древнего искусства человека, его могут отдать под суд, а уж конец спортивной карьеры и презрение коллег ему обеспечены наверняка!

Но если он вступит в спортивный поединок, регламентированный соответствующими правилами, и при этом даже нанесет своему сопернику травму, никому не придет в голову в чем-нибудь его упрекнуть! Более того, если он одержит победу, его наградят медалью или ценным кубком!

Так чем же одни профессионалы отличаются от других? Только тем, что спортсменам рукоплещут трибуны, а шпионам нет? Ну так ведь еще неизвестно, что лучше: громкая слава или полная безвестность! Слава иногда тоже калечит и даже убивает!

А тем временем беседа между Усалевым и Сервэном шла своим чередом. Наступил не менее ответственный этап: Сервэн стал задавать уточняющие вопросы, от ответов на которые зависело, какое окончательное решение он примет.

— А как вы меня разыскали?

— Поверьте, это было несложно. — По голосу Усалева я понял, что в этот момент он улыбнулся. — Ваш отец сказал, в какой стране вы служите. А здесь я обратился к знакомому журналисту, и он узнал ваш адрес.

— Вы сказали ему, для чего я вам нужен? — насторожился Сервэн.

— Ну что вы, месье Сервэн! — успокоил его Усалев. — Тем более что и он меня об этом не спрашивал. Между коллегами не принято задавать лишние вопросы, не так ли?

В последнем вопросе прозвучал какой-то намек, который можно было истолковать по-разному.

— А когда вы виделись с моим отцом? — задал Сервэн следующий вопрос.

— Я был в Тулоне в начале января. Зашел прямо в кафе «Маркиз». Кстати, кафе мне очень понравилось. Жаль, если теперь вы его лишитесь.