— Все, кроме нас, — возразила Сандира.

— Да, да, все, кроме нескольких неприкаянных странников, занесенных сюда вселенскими катаклизмами, — охотно согласился Квиллан, — кроме изгнанников, которые из-за собственного невежества остаются изгнанниками и здесь. И даже продолжают настаивать на сохранении этого статуса… Словом, остались чужаки, пытающиеся жить отдельно от той гармонии, что существует на Гидросе…

— Потому что они не желают быть частью этого прекрасного единства, — перебил собеседника Лоулер.

— Это неправильно. Неправильно! Гидрос открывает свои врата для всех без исключения.

— Но при одном условии: если принимаются его условия.

— Я не согласен, — возразил Квиллан.

— Гм-м… Как только вы перестаете быть самим собой… — снова перебил его Вальбен, — как только вы становитесь частью чего-то большего…

Лоулер нахмурился. Неожиданно что-то в это мгновение изменилось. Он почувствовал тишину вокруг себя: исчезла аура, оболочка мысли, окружавшая его во время беседы с Квилланом.

— Мне кажется… святой отец… «испарился», — тихо заметила Сандира.

— Да, его действительно нет с нами, — согласился Вальбен. — Он ушел от нас… ОНО ушло… Я больше не чувствую всеобъемлющего притяжения Лика. По крайней мере, хотя бы в это мгновение…

— Какое странное ощущение… Вновь обретенное одиночество…

— А по мне, это приятнейшее чувство: лишь мы втроем, и у каждого в голове только его собственные мысли, да и никто не болтает с тобой с небес. Но как долго продлится сия пауза перед новой атакой на наши умы?

— Ты считаешь, это начнется снова? — встревоженно поинтересовалась Сандира.

— Скорее всего, да, — отозвался Лоулер. — И нам обязательно придется бороться с Ним: мы не должны позволить Ему поработить нас. Люди должны оставаться людьми, а не делаться частью чуждого им мира. У них иное предназначение…

— Голос Квиллана звучал так, словно он безмерно счастлив, — неожиданно произнес Делагард странным, не похожим на него, мягким и несколько задумчивым тоном.

— Вы считаете, такое возможно? — спросил Лоулер.

— Да, он всегда был таким печальным и отчужденным… и постоянно искал Бога… Теперь Квиллан нашел Его, наконец-то соединился с Ним.

Вальбен вопросительно взглянул на Нида.

— Вот уж не предполагал, что вы верите в Господа. Итак, по-вашему, Лик Вод — не что иное, как сам Бог?

— Так считает Квиллан. И он счастлив… Заметьте, счастлив впервые в жизни.

— Нид! Священник мертв! То, что говорило сейчас с нами, не является, им!

— Но я же слышал голос Квиллана. Да, конечно, в нем присутствовало что-то еще, кроме него самого. Но голос?! Нет, это он!

— Если вам от этого легче, пусть будет так.

— Да, мне легче, — подтвердил Делагард. Он резко встал, закачавшись при этом, словно у него неожиданно закружилась голова. — Я тоже ухожу туда и присоединяюсь к ним.

Лоулер изумленно уставился на Нида.

— Как?! И вы?!

— Да! И не пытайтесь остановить меня, потому что я убью любого, кто рискнет сделать это. Помните, что совершила Лис, когда мной была предпринята подобная попытка? Нас невозможно остановить, док!

Лоулер смотрел на говорившего, не отрывая глаз, а в голове лихорадочно мелькало: «Да, он говорит совершенно серьезно, очень серьезно… И Нид сделает это. Но неужели передо мной действительно Делагард? Да. Да! Он всегда принимает в расчет только собственную выгоду и плюет на то, как отразятся его поступки на окружающих людей. Что ж, черт с ним! Скатертью дорога!»

— Останавливать вас?! — вслух произнес Вальбен. — Да мне бы такое и на ум не пришло! Отправляйтесь. Идите, если вы полагаете, что там обретете счастье… Идите, идите… С какой стати я должен останавливать вас? И вообще… какое это теперь имеет значение?

Делагард удовлетворенно улыбнулся.

— Возможно, для вас и не имеет никакого значения, но для меня… Я чертовски устал, док. А ведь существовали такие грандиозные планы и мечты… Я пробовал реализовать один, потом — другой… Какое-то время все получалось — и вот мы здесь. Все рухнуло! Да я и сам рухнул… Черт с ним, со всем! Мне просто хочется отдохнуть.

— Хотите сказать, что намереваетесь покончить с собой?

— Вы так думаете? Нет! Я никогда ничего подобного не сделаю… Мне надоело быть капитаном этого судна, надоело говорить людям, что они должны делать… Особенно теперь, когда я сам ничего не понимаю. С меня хватит, док! Я ухожу. — Глаза Делагарда вспыхнули от вновь обретенной силы. — Может быть, именно для этого мной и проделан весь данный долгий путь. Только я не понимал этого до последнего мгновения. А вдруг Лик Вод когда-то очень давно специально отпустил Джолли домой только с одной-единственной целью — старый мореход должен привести нас всех к Нему? Что ж, сие заняло сорок лет, и лишь немногие добрались сюда. — Лицо Нида сияло от радости и какого-то внутреннего удовлетворения. — Пока, док! Пока, Сандира! Мне было очень приятно все это время общаться с вами. Навещайте меня хоть иногда…