Вальбен, не спеша, подошел к ним. Они даже не заметили его приближения. Он услышал, как Гейб говорит ей:

— Ты не сможешь понять всего по-настоящему, пока не побываешь там сама. Это настолько же отличается от обычного человеческого существования, насколько сама жизнь отличается от смерти.

— Я чувствую себя достаточно живой.

— Ты просто этого не знаешь… не можешь этого даже вообразить. Пойдем со мной, Сандира. Путешествие на остров займет всего лишь какое-то мгновение, а потом для тебя откроется бесконечное пространство. Посмотри на меня! Я ведь совсем не тот, кем был раньше, не так ли?

— Конечно!

— Но я ведь существую. Только теперь мое «я» — нечто гораздо большее, чем простое человеческое «я». Пойдем со мной!

— Прошу тебя, Гейб…

— Ты хочешь пойти! Знаю, хочешь! Ты остаешься здесь только из-за Лоулера.

— Нет! Остаюсь только ради себя, — резко возразила Сандира.

— Это не так, я ведь знаю… Тебе просто жаль несчастного дока. Ты не желаешь бросить его.

— Нет, Гейб!

— Потом ты будешь благодарить меня.

— Нет.

— Пойдем со мной.

— Гейб… пожалуйста…

В ее голосе внезапно прозвучала нотка сомнения в собственной правоте, свидетельствовавшая о том, что сопротивление Сандиры ослабло. Это поразило Лоулера, как гром среди ясного неба. Он вскочил на мостик и встал рядом с ними. У Тейн от неожиданности перехватило дыхание, и она резко отшатнулась. Кинверсон оставался на месте, спокойно и внимательно посматривая на Вальбена.

Багры лежали на привычных крюках крепления. Лоулер схватил один из них и замахнулся, направляя острие прямо в лицо Гейба.

— Оставь ее в покое!

Кинверсон взглянул на смертельное оружие в руках Вальбена то ли с насмешкой, то ли с презрением.

— Док, я же просто беседую с ней.

— Ты пытаешься уговорить Сандиру отправиться на Лик!

Гейб весело рассмеялся.

— А ее особенно и уговаривать-то не надо. Не так ли, Сандира?

Гнев переполнял душу Лоулера. Он едва сдерживал себя, чтобы не всадить свое импровизированное оружие в глотку Кинверсона по самую рукоять.

— Вэл, прошу тебя… Мы ведь и в самом деле только беседовали, — попыталась успокоить его Тейн.

— Я прекрасно слышал, о чем вы тут говорили. Он пытается заставить тебя пойти к Лику, разве не так?

— А я вовсе и не отрицаю этого, — спокойно согласился Кинверсон.

Лоулер продолжал размахивать багром, прекрасно понимая, насколько смешно и глупо выглядит его гнев со стороны. Гейб скалой возвышался над ним, все еще устрашающий своей титанической силой. Несмотря на обретенную после посещения острова мягкость, он оставался неуязвимым и непобедимым.

Но Вальбен уже не мог остановиться. Жестким, не терпящим возражений тоном он произнес:

— Я не хочу, чтобы вы беседовали с ней до момента нашего отплытия.

Гейб дружелюбно улыбнулся.

— Я не хотел никого огорчать.

— Знаю, чего вы хотели! И я не позволю вам!..

— А разве она не должна сама решать подобные вопросы, док?

Лоулер бросил испытывающий взгляд на Тейн.

— Все хорошо, Вэл, — тихо сказала она. — Я пока еще в состоянии позаботиться о себе.

— Да, да, конечно.

— Док, отдайте мне этот багор, — попросил Кинверсон. — Вы же можете пораниться.

— Отойди!

— Но ведь это мое орудие труда. Вам не следовало бы так размахивать им.

— Берегитесь! — крикнул Лоулер. — И… убирайтесь! Убирайтесь с корабля! Идите отсюда! Возвращайтесь к Лику! Идите же, Гейб! Здесь вам не место… Ни вам и ни вашим друзьям. Это судно принадлежит людям.

— Вэл! Ну, Вэл… — пыталась успокоить его Сандира.

Вальбен крепко сжал багор, удерживая его привычной хваткой хирурга, и сделал решительный шаг по направлению к Кинверсону. Громадная неуклюжая фигура Гейба нависла над Лоулером.

— Идите! — повторил Вальбен. — Возвращайтесь к Лику! Ну! Прыгайте, Гейб! Вот сюда, за борт…

— Док, док, док…

Лоулер нанес резкий короткий и сильный удар своим оружием вверх и вперед, целясь в грудную клетку Кинверсона, но тот с невероятной быстротой и ловкостью перехватил инициативу в свои руки. Гейб схватил багор за рукоять и повернул его в обратную сторону. Острая боль пронзила руку Вальбена, а через секунду оружием уже овладел Кинверсон.

Инстинктивно Лоулер прикрыл грудь ладонями, чтобы защитить себя от ответной атаки, которая вот-вот должна последовать…