В конце концов, Марк направился в Капернаум, и когда он добрался до города, было раннее утро. У ворот он действительно увидел сидящего человека. Люди проходили мимо него, но он, судя по всему, пристально вглядывался вдаль, на дорогу. Тот ли это человек, о котором говорил Параклет? Марк направился к нему, и тот человек с интересом смотрел на него. Забыв о смущении и боязни показаться глупым, смешным, Марк сделал так, как велел ему Параклет, и рассказал этому человеку все, что с ним произошло сегодня ночью.

— В самом конце встречи он сказал, чтобы я пришел в Капернаум и рассказал обо всем человеку у ворот. Вот, я и здесь, — замолчав, Марк ожидал, что и этот человек сейчас засмеется и посоветует ему пойти и проспаться.

Но вместо этого человек широко ему улыбнулся:

— Слава Господу! Меня зовут Корнелий. Во сне мне было сказано, что здесь со мной встретится римлянин по имени Марк. Это ты и есть?

— Да, это я, — хрипло сказал Марк и сухо добавил: — а тебе сказали, что со мной сделать?

Человек засмеялся.

— О, да! Пойдем со мной! — С этими словами он повел Марка к морю. Марк растерянно вошел за ним в воду. Корнелий повернулся к нему и положил ему руку на плечо. — Веришь ли ты, что Иисус есть Христос, Сын Бога живого?

На какое-то мгновение Марк почувствовал страх. Так или иначе, но с этого момента его жизнь навсегда изменится. Он сжал зубы и кулаки, продолжая бороться с собой. Верит ли он? Верит ли?

По-прежнему испытывая напряжение и неопределенность, он все же знал, что сейчас ему надо дать осознанный ответ.

— Я верю, — сказал он. — Прости мне мое неверие.

Человек взял его и твердой рукой погрузил в воду.

— Крещу тебя во имя Отца, Сына и Святого Духа.

Холодная вода полностью охватила Марка, и когда он поднялся над водой, то снова ощутил солнечное тепло. Твердо став на ноги, он увидел, как стоявший рядом с ним человек радуется Господу. К берегу тем временем сбежались люди, и Марку только оставалось стоять и смотреть на море, удивляясь той радости, которую он теперь чувствовал.

Внезапной. Необъяснимой. Абсолютной.

Это было не во сне и не в мечтах. Марк не мог сам вообразить все то, что с ним произошло ночью, или то, что ему сказал незнакомец по имени Параклет. Но самыми удивительными были для него перемены, которые он теперь ощущал в себе, а также решение, которое он принял, — он поверил в то, что Иисус есть Христос, Сын живого Бога. Он чувствовал себя очищенным. Чувствовал себя цельной личностью. Казалось, сама кровь, которая текла по его жилам, несла с собой новую жизнь, новый путь.

Марк наполнил свои легкие свежим воздухом, сделал выдох и почувствовал необыкновенную свободу. Он засмеялся и поднял глаза к небесам, благодаря их всем сердцем. Одновременно он плакал. Неужели это так поразительно просто? Я верю.

Он радостно взглянул на Корнелия, откликаясь на зов Святого Духа, Который жил теперь в нем.

— Что мне теперь делать?

— Тебе нужно вернуться в Ефес.

Эти слова оказались для него подобными физическому удару.

— Что ты сказал?

— Тебе нужно вернуться в Ефес, — повторил Корнелий, слегка нахмурившись.

Марк стоял, как оглушенный, с него стекала вода, и у него было такое чувство, как будто кто-то вырвал у него сердце. Он уставился на Корнелия, но сути, незнакомого ему человека, и жалел о том, что задал ему такой вопрос.

— Зачем ты сказал мне это? — прохрипел он, рассердившись на то, что такая необыкновенная радость так быстро ушла от него.

— Я сказал только то, что мне было велено. «Скажи Марку, чтобы он возвращался в Ефес». — Корнелий участливо положил ему руку на плечо. — Ты знаешь, чего Господь хочет от тебя там?

О, да, Марк знал. Полнота и милость, которые несло с собой это повеление, болью отразились в его сердце, хотя разум еще продолжал бороться против исполнения этой воли Бога.

— Да, я знаю, — хмуро сказал он.

Бог хотел, чтобы Марк простил свою сестру.

— Расскажи мне еще какую-нибудь историю, похожую на ту, что ты рассказывала мне вчера, — сказала Юлия, когда Азарь помогала ей расположиться на диване балкона. — Что-нибудь интересное, романтическое.