Улицы были пустынны. За все то время, что путники двигались от ворот к Верхнему Орзаммару, им не встретилось ни души. Однако чем ближе они подходили к Алмазным залам, тем все больше набирал силу несущийся издалека сильный и нестройный гул множества голосов. На улицах стали появляться гномы, спешащие в том же направлении, что и отряд. Поймав одного такого за плечо, Кусланд выяснил, что, похоже, то, чего опасался Дюран, и о чем он говорил всю дорогу, произошло. Затяжная борьба за трон между его братом и лордом Харроумонтом перешла в самую острую стадию.

– Уж, почитай, вторые сутки никто в Орзаммаре не работает, кроме стражи и дежурных у печей, - одновременно замирая от чести лицезреть перед собой Серого Стража, и сгорая от желания ринуться вперед, к Алмазным залам, наскоро поведал молодой мастеровой.
– Даже неприкасаемые из Пыльного явились, а гнать их теперь некому. Все торчат перед Залом Собраний. Войнов там навалом, со всех домов. Ежели долбанные деширы не решат и на этот раз, то...

– Нужно торопиться, Страж, - раздалось из-под наличника закрытого шлема Дюрана.
– Пойдем быстрее, пока предки не попустили свершиться непоправимому.

Кусланд переглянулся сперва со Стеном, потом с Зевраном, грязное лицо которого комкала самая кислая гримаса из всех, что когда-либо на нем появлялись.

– Гномья политика, - только и бросил антиванец, но этого было достаточно. Всех посетила одна и та же мысль.

– Как бы не полечь прям тут, и это после того, как, почитай, все Тропы прошли невредимыми, - бормотал Броска, так же, как и Эдукан, прятавший клеймёное лицо под закрытым шлемом.
– Гномьи латники - эт не хилые порождения. Ежели начнется махач...

– Перебирай скорее ногами - и не начнется, - зло пообещал Дюран, переходя почти на бег.
– Предки, пошлите Белену еще хоть немного терпения!

– Лорды Ассамблеи, призываю вас к порядку! Этот спор ведет нас в никуда!

Зал собрания деширов был полон гномов, но в сравнении с тем, что творилось на улицах Алмазных залов, казался почти пустым. С трудом сумевший пробиться сюда Кусланд, повинуясь останавливающему жесту Дюрана, задержался при входе в зал. Перед глазами Командора все еще стояли лица гномов, сотни лиц, тысячи лиц. Все они толпились снаружи, занимая улицы, забираясь на выступы стен, едва не сталкивая друг друга в лаву. Давка была чудовищной и, по словам ее участников, началась с того, что, несмотря на протесты Белена, лорд Харроумонт вновь - в который раз - потребовал собрания гномьих лордов. Это собрание было далеко не первым, но некогда рвавшийся в битву Белен необъяснимым образом до сих пор все пытался оттянуть любое заседание. Однако, похоже было, что на этот раз Харроумонт подготовился серьезно. Время собрания, никогда не скрывавшееся, но и не бывшее достоянием широкой гномьей общественности, вдруг сделалось известным каждому. Невесть кем разносились слухи о том, что гномьи лорды не собирались и не собираются избрать нового правителя, поскольку их устраивало воцарившееся в Орзаммаре безвластие. Слухи эти вызывали целую бурю возмущений в среде мастеровых, скотоводов, пищевиков, торговцев и ремесленников, до отвала уже наевшихся беззаконием и беспорядками безвластия. Долгое время живший в неопределенности и томлении, претерпевавший разгул неприкасаемых бандитов народ гномов решил на этот раз все-таки добиться от лордов того, для чего они собрались в самом главном зале королевства. Настроения в разношерстой, запрудившей улицы Алмазных Залов, толпе, бродили самые разные, но цель у всех была одна.

– Тогда к чему тянуть время?
– тем временем, голос Белена звучал уверенно и спокойно, вопреки бытовавшему мнению о чрезмерной вспыльчивости, присущей ему во время подобных собраний.
– Если уж все уважаемые деширы собрались здесь, значит, так тому и быть. Необходимо, наконец, проголосовать и выбрать законного короля.

– Народ собрался на улицах перед Залом Собраний, - низкорослый и пожилой гном с благообразным лицом и очень длинной, холеной седой бородой воздел обе руки.
– Жители Орзаммара больше не потерпят беззакония! Честные гномы готовы уже теперь выступить против тирана...

– Мне известно, что народ сюда собирали твои крикуны, Харроумонт, - прервал его Белен, складывая руки на груди. В отличие от своего соперника, который был стар и носил лишь богатую матерчатую мантию и накидку, принц явился в Зал Собраний, закованный в доспех.
– Ты задурил гномам головы, как когда-то задурил ее моему отцу! Но это тебе не поможет. Всем известно, что законный наследник трона - это я. У моего отца остался только один сын - наследник трона Эдуканов. Кто посмеет оспорить это?

Почувствовав толчок со стороны Дюрана и терзаясь тоскливыми предчувствиями, Кусланд в сопровождении гномьего принца, сошел со ступеней, что вели от входа, выходя и останавливаясь посреди зала. Взгляды расположившихся в круг на трех возвышениях гномьих лордов обратились к нему. Стоявший до того в зале гул утих.

Дюран вскинул голову и обеими руками медленно потянул вверх, снимая, шлем.

– Я, Дюран Эдукан, второй сын почившего в Камне короля Эндрина Эдукана, оспариваю это неправдивое утверждение, - медленно и громко, обводя взглядом всех и каждого из стоявших вокруг него лордов, проговорил изгнанник. Остановив взгляд на застывшем Белене, он слегка склонился.
– Приветствую собрание деширов. Я надеюсь, никто не будет оспаривать и мое право находиться здесь?

По рядам замерших лордов побежал, все набирая силу, грозный ропот. Белен и Харроумонт переглянулись. Старый гном нервно вдохнул. Лицо его соперника сделалось одного цвета с его бородой.

Управитель собрания, высокий, благородный гном, шагнул вперед, поднимая руку. Дождавшись, чтобы шум, поднятый появлением бывшего преступника, утих, он сделал приветственный жест в сторону Дюрана и возвышавшегося рядом с ним Айдана Кусланда.

– Атраст вала, лорд Дюран, и ты, Серый Страж. Принц Эдукан, твое возвращение - это поистине чудо, явленное нам милостью предков!
– он стукнул по полу посохом, затем поднял его, обводя навершьем ряды взбудораженных деширов.
– Принц Белен немало потрудился ради восстановления твоего славного имени. Ты вновь в своем праве. От всего Совета прими сожаления о том, что едва не случилось с тобой по нашей ошибке!