– Могла бы раньше об этом упомянуть, – пробормотал Азагот.

– Прости, – извинилась Лиллиана, хотя в её голосе не слышалось раскаяния. Она провела по жилам на его шее.

Азагот закрыл глаза, восхищаясь женщиной, которая так благоговейно прикасалась к нему. Сладкий, дикий ад, ощущение было чертовски приятным. Из-за эмоциональной встряски после битвы и лёгкого прикосновения Лиллианы, Азагота охватила похоть.

А затем, к его жалкому страху, член начал проявлять интерес к действиям Лиллианы. Азагот зашипел и развернулся, отчаянно пытаясь заставить тело вернуть истинную форму.

– Азагот? – Лиллиана опустила руку к прорезям между его плечами, к чувствительному местечку прямо под крыльями. – Ты в порядке?

– Просто... дай мне минутку.

Лиллиана убрала руку и на долгое, болезненное мгновение Азаготу показалось, что он её обидел. Но затем она прошла мимо него и направилась к прибою. Пройдя несколько футов, она оглянулась с проказливой улыбкой на губах.

– Хочу поплавать. Присоединяйся, если хочешь. – Она на ходу раздевалась, оставляя одежду на песке, и прежде чем её ноги коснулись воды, Азагот уже дышал как паровоз.

И внезапно ему стало пофиг на то, как он выглядел. Он нуждался в этой женщине... нуждался прямо сейчас.

***

Лиллиана зашла в воду по голень, когда услышала за спиной быстрые шаги и всплеск. Повернувшись, она увидела Азагота всё ещё в звериной форме.

Проклятье, он был пугающим. Где-то на два фута[27] выше и сто фунтов[28] тяжелее своего обычного облика, он являл собой олицетворение того, что люди назвали бы демоном. От мощных удлинённых челюстей и острых когтей до выступающих из лба, закрученных над черепом чёрных рогов Азагот походил на тварь из ночных кошмаров.

Несомненно, он явился худшим кошмаром падших ангелов. А что ещё паршивее, им и после смерти не избежать с ним встречи. Лиллиане даже стало их чуть жалко.

Чуть-чуть. Один из них мог оказаться тем ублюдком, убившим её мать. Поэтому, если Азаготу захочется проторчать неделями с ними в Чистилище, она не будет против.

До Лиллианы дошло, что она думает о будущем, но прямо сейчас она была в взвинченном состоянии, чтобы обращать на это внимание. Не в данный момент. Не с таким великолепным созданием, что стояло перед ней.

Когда Азагот смотрел на неё внимательными, красными глазами, его грудь поднималась и опускалась от частого дыхания, и Лиллиану, наверное, должно было это напугать, но когда первичный шок от увиденного схлынул, зверь привёл её в восхищение. Он был красив как кобра – гладкий и изящный, примитивный и смертоносный.

А ещё он оказался очень-очень возбуждённым.

Лиллиана старалась не пялиться на него. Правда, старалась. Но у "Гладкого и Смертоносного" Азагота между ног виднелся орган, размером с бейсбольную биту. Нездоровое любопытство толкало Лиллиану узнать, каков он на ощупь, проверить, удастся ли ей обхватить его обеими ладонями.

– Я ощущаю начало изменения, – пророкотал он. – Поэтому, если тебе с чем-то хочется... ознакомиться... то сейчас самое время.

О, да какого чёрта. Это же не незнакомец. Это же Азагот, даже если и не выглядит как обычно. И если она подумывает о том, чтобы с ним остаться, то должна принять в нём всё.

Лиллиана подошла к Азаготу и обхватила его член. Мрачный Жнец зашипел от наслаждения, когда она начала нежно ласкать совсем чёрную головку и провела едва ощутимым касанием пальцев по твёрдой длине. Мать грешная, он был огромен, таким толстым, что когда она обхватила его обеими ладонями, кончики пальцев едва соприкоснулись. Когда она провела руками по гладкому члену к основанию и спустила одну руку на мошонку, то убедилась, что и мячики оказались под стать бейсбольной бите.

– А ты... гм... отлично оснащён, – прошептала она, так как во рту настолько всё пересохло, что сказать что-то было тяжеловато. Вероятно потому, что вся жидкость направилась южнее, и в то время, как во рту было сухо, между ног стало влажно.

Неужели она от этого заводилась? Ноющие груди и пульсирующее лоно положительно ответили на этот вопрос.

Тело Азагота задрожало, и Лиллиана наблюдала за тем, как он обрёл свою прежнюю форму. Он тяжело дышал, глаза были дикими.

Мрачный Жнец попятился, отвернулся от её взгляда и в голове Лиллианы раздались тревожные звоночки.

– Азагот? – Она двинулась к нему, но он развернулся и пошёл прочь, оставив её смотреть вслед его обнажённой спине. – Что случилось?

– Никто... никто не касался меня вот так.

– Не поверю, что никто не прикасался к твоему пенису.

Азагот неровно вздохнул.

– Нет. Я сказал, что никто не касался меня вот так. Когда я пребываю в демонском облике. Неужели ты не боялась, что я могу тебя ранить?

– Зачем мне бояться? Ты был в себе, а не каким-то безумным зверем. – Она положила руку ему на плечо. – Я не права? Когда ты в демонском облике, ты можешь контролировать себя?