Я чувствую себя так, как будто приехал на вечеринку без приглашения, потому что я даже не в курсе, кто приглашен. Я позволил им выбирать, кого пригласить.

 Мой список гостей включал бы в себя человек 10. Я думаю, маловато для вечеринки. Ну, что тут сказать? Я не доверяю людям. А чаще всего, они мне даже не нравятся.

 Паркуюсь, и собираюсь уже вылезти из машины, как вдруг Лекси тянет меня за рукав:

 — Прежде чем мы выйдем, пожалуйста, можно кое о чем с тобой поговорить?

 Она говорит это так тихо, что я не могу удержаться от ухмылки, мы так хорошо проводили время, и я понимаю, что то, что она хочет сказать — это серьезно. Поворачиваюсь, чтобы видеть ее, и отвечаю:

— Конечно.

 Смотря вниз на свои руки, она говорит:

 — Сегодня утром ко мне приходил Майкл. И во время нашего разговора, он рассказал, как ему нравится его работа, и что ему нравишься ты, даже если иногда ты его пугаешь. Я могу сказать, что он очень тебя уважает, — быстро моргнув, она начинает говорить сбивчиво: — Это хорошо, потому что в жизни ему нужен хороший мужской пример. В особенности, такой успешный, как ты, поэтому я не хочу, чтобы ты думал, что я критикую тебя, учитывая, что ты дал ему работу, в которой он, безусловно, нуждался, и ...

 — Переходи к самой сути, — перебиваю её я.

 Лекси смотрит на меня, и ее зрачки расширены, а это говорит о том, что травка начала оказывать на нее свое действие, даже при том, что она сделала всего пару затяжек. Она глубоко вздыхает.

— Ладно, — с трудом сглотнув, она шепчет: — Он... он запутался в своих словах и упомянул что-то... про «резать, колоть ножом, бить».

 Мышцы моего лица каменеют.

 Завтра у нас с мальчишкой будет серьезный разговор.

 Она замечает мою реакцию, и дает задний ход:

 — Он больше ничего не сказал.....

 — Он сказал достаточно.

 Закатив глаза, она добавляет:

 — Он сказал это только потому, что думал, что ты мой парень.

 Потом она усмехается, как будто это самая забавная вещь, которую она когда-либо слышала.

 И вот так, все, что я начинал чувствовать к Лекси за последние несколько дней, засохло, сморщилось, и исчезло.

 Так вот, что она о тебе думает. Ты недостаточно хорош для нее. Ты никогда не будешь достаточно хорошим. Ты всегда будешь для нее слишком обычным. Она никогда не будет смотреть на тебя так, как ты бы хотел. По понятной причине. Ты ничтожество... и ты это знаешь.

 — Иди внутрь, — закипаю я, выходя из машины.

 Слышу, как позади меня хлопает дверь, но я не жду ее, и иду в сторону дома. Поднимаюсь по лестнице, и быстрое цоканье каблучков дает мне знать, что я иду слишком быстро, и она за мной не успевает.

 Но мне плевать.

 Иду по направлению к лестнице в холле, я слышу, как она мне кричит:

 — Куда ты собрался?

 — Я спущусь через пять минут.

 Потому что, честное слово, мне нужны эти пять минут, чтобы взять себя в руки.

 Нахожу пустой угол в танцзале, и сквозь розовые очки наблюдаю за веселящимися вокруг меня людьми. Я – девушка, оставшаяся без кавалера, и подпирающая стену. Ну, или по крайней мере, до тех пор, пока не вернется Твитч.

 Я не знаю, что из сказанного мной его расстроило, но понимаю, что это было что-то достаточно плохое, раз ему понадобилось побыть одному.

 Мой затуманенный разум, кажется, работает в замедленном темпе, потому что раздраженное покашливание позади меня, мне сообщает, что я уже не одна.

 Моргая, я оглядываюсь, и вижу Линг, протягивающую мне зеркало. На его поверхности аккуратно разложены шесть дорожек белого порошка, такие симпатичные, которые выглядят очень аппетитно.

 Я знаю, что это. До этого я никогда не видела кокаин, но мне сразу становится понятно, на что я смотрю. Я никогда не пробовала такого сильного наркотика. Марихуана была единственным, что я когда-либо принимала, и курила ее я только несколько раз в университете. До сегодняшнего вечера.

 Внезапно, во мне просыпается желание.

 Вернулись мысли о том, какой свободной я себя чувствовала после курения травки.

 Мое тело становится легким. Мой измученный мозг проясняется. Комплексы исчезают.

 Линг подставила зеркало мне прямо под нос. Я вполне понимаю, зачем она это делает. Это вызов.

 Она хочет посмотреть, как далеко я готова зайти. И сегодня вечером, ради Твитча, я докажу ей, насколько далеко.

 Я беру короткую соломинку из ее пальцев, и наши глаза встречаются. Ее брови подняты в безмолвном вопросе. Я опускаю лицо к «белому золоту» и подставляю к носу соломинку.