Шрифт:
– Брейден! – закричала она, но тот уже бежал к замку.
– Боже милостивый, - выдохнула Агнесс. – Кенна!
– Кенна? – удивился Мак-Дуглас.
– Она там, внутри, - выкрикнула Мэгги и помчалась к горящему сараю. Робби ринулся вслед за ней.
Брейден уже собрался броситься внутрь горящей постройки, но один из мужчин оттащил его назад и прокричал сквозь рев пожара:
– Слишком поздно! В таком пламени она не могла уцелеть.
Мэгги в ужасе смотрела на красные и оранжевые языки огня, закручивающиеся над крышей и взвивающиеся в утреннее лазоревое небо. Она не могла поверить своим глазам.
Как это случилось?
«О Боже, о Боже, о Боже», - вертелось у нее в голове среди ужаса и боли.
Кенна погибла!
И это целиком ее, Мэгги, вина. Это был ее план. Ее глупый, отвратительный план. Из-за него теперь бедная Кенна мертва.
– Где мой брат? – спросил Брейден.
Испуганно прикрыв рот руками, Мэгги повернулась и посмотрела на спутника, обшаривающего взглядом толпу в поисках Сина.
Молодая женщина, стоявшая рядом, покачала головой:
– Англичанин вбежал внутрь, чтобы спасти госпожу, как только начался пожар.
Она отвернулась, глаза ее наполнились мукой и печалью:
– Он не вышел обратно.
У Мэгги ослабели колени, и на мгновение стало нечем дышать.
Отчаянный крик Брейдена слился с воплем Мак-Дугласа. Оба воина рухнули на колени, беспомощно глядя, как огонь поглощает сарай, где находились Син и Кенна.
Глаза Мэгги наполнились слезами. Не таков был ее план. Кенна должна была только подождать там на случай, если Мак-Дуглас станет обыскивать замок, и выйти в тот момент, когда ее муж соберется покинуть крепость и броситься за ней в погоню.
«Это все моя вина!»
Боль разрывала грудь. Никто не должен был пострадать. Нет!
Как она сможет жить после этого?
– Брейден, - прошептала она, кладя руку на его плечо. – Мне так жаль.
Когда он поднял на нее взгляд, Мэгги увидела страдание в его глазах, и сердце заболело еще сильнее. Это все из-за нее. Она убила и Кенну, и Сина.
Зачем, ну зачем она затеяла все это?
И тогда Мак-Дуглас повернулся к ним с диким рыком, кривящим губы. Прищурившись, он вперил взгляд в чужаков, словно видел их впервые.
– Ты заговорила женским голосом, - обвиняюще сказал он Мэгги.
Неровно дыша, Робби медленно, с усилием, поднялся с земли, выпрямившись во весь свой огромный рост, и направился в их сторону, словно лев, преследующий зайца:
– Ты – та самая сука Мэгги?
Девушка от ужаса не могла вымолвить ни слова. С расширившимся глазами она, спотыкаясь, попятилась.
С натренированным смертельным спокойствием Робби Мак-Дуглас обнажил длинный меч. Убийственный блеск в глазах не оставлял сомнений в его намерениях.
Он собирался ее убить.
Сокрушенная скорбью, виной и ужасом, Мэгги снова отступила назад.
Ей удалось сделать всего один или два шага, затем дрожащие ноги подкосились, и она оказалась сидящей без движения на земле, полностью парализованная и оглушенная, беспомощно глядя на Мак-Дугласа снизу вверх.
Лэрд возвышался над ней, словно гора. Его плечи загораживали и солнце, и небо. От лица веяло смертельным холодом.
Двумя руками он поднял меч, чтобы пронзить ее.
И когда Мэгги уже была уверена, что сейчас он вспорет ей живот, в воздухе мелькнул еще один меч, отклонив от нее опускающееся лезвие.
Лэрд выругался и, обернувшись, оказался лицом к лицу с взбешенным Брейденом.
Его меч был нацелен в горло Мак-Дугласа, в глазах горел вызов:
– Чтобы добраться до нее, тебе сперва придется справиться со мной.
– Хочешь сдохнуть за нее? – удивился Робби.
– Да, - не задумываясь, ответил Брейден. Он бросил на девушку быстрый взгляд, и впервые она увидела в нем любовь к ней. – За нее я готов умереть.
– Тогда умри, - прорычал Робби, оттолкнув Брейдена и атаковав его. Горец мастерски ответил ударом на удар.
Глядя на них, Мэгги застыла, не в силах пошевелиться. У нее перехватило дыхание. «Хуже всего, что Брейден заметно искуснее соперника, - подумала она.
– Мак-Дуглас бьется храбро, но нет сомнений в том, кто одержит победу. А если Брейден убьет Мак-Дугласа, то нас убьют наверняка».
Меч Мак-Дугласа описал дугу, целясь в грудь Брейдена, но тот отскочил назад. По инерции лэрд подался вперед и, споткнувшись, упал, открыв спину, в которую Брейден, резко опустив меч, устремил удар.
– Стойте!