Брейден заметил напряженное выражение на лице Сина. Он точно знал, что старший брат скорее храбро встретит ливень, чем будет выполнять черную работу для шотландца. Вообще-то, зная Сина, удивительно было уже то, что в ответ на такое предложение он не превратился в берсерка (46) и не начал крушить всю деревню.

Позже он придумает, как скрасить Сину это унижение. А сейчас надо быть практичными.

– Звучит подходяще, - ответил Брейден. – Что мы можем для вас сделать?

– Там позади дома лежит куча дров, которые надо наколоть, а еще нужно починить изгородь.

Брейден похлопал Сина по плечу и направился на задний двор, уводя с собой своих спутников.

– Тогда мы сразу займемся делом, - бросил он Симусу напоследок.

– Эй, парень! – окликнул его старик на полпути.

Брейден обернулся.

– Как вас кличут?

– Я Шон. А это, - он указал на Мэгги, - мой брат Джеймс, - затем ткнул пальцем в Сина, - и Дурбан.

Симус внимательно оглядел их:

– Что-то они у тебя неразговорчивые.

– Так и говорить-то особо не о чем, - парировал Брейден.

Хозяина такой ответ вроде бы удовлетворил:

– Тогда лады. Но я предупреждаю всех троих: держите руки подальше от моих дочерей. Может, я и старик, но у меня есть лук и лопата, и никого тут не озаботит, что я с вами всеми сделал.

– Да, сэр, - сказал Брейден, изо всех сил стараясь не рассмеяться в ответ на это предупреждение. Син никогда бы и пальцем не притронулся ни к одной из дочерей этого шотландца, а уж Мэгги…

Об этом лучше даже не думать, чтобы не захохотать.

– Ну что, сперва поколем дрова? – предложил Брейден, после того, как привел спутников в маленький дворик позади дома.

– Поколем дрова? К черту!
– презрительно фыркнул Син вполголоса. – Да я скорее…

– Мне кажется, ты должен безмолвствовать, – оборвал его Брейден и посмотрел на Мэгги. – Ты когда-нибудь встречала немого, который бы столько болтал?

Мэгги ничего не ответила. Вид у нее был недовольный. Брейден сбросил на землю свой заплечный мешок, подошел к колоде, в которой старый фермер оставил вонзенным топор, и выхватил инструмент из деревянного плена.

С лицом, пылающим яростью, Син подобрал с земли другой топор и посмотрел на Брейдена, который почти ожидал, что старший брат сейчас запустит колун ему в голову.

Вместо этого Син круто повернулся и расщепил большое полено надвое одним сердитым ударом сплеча.

Покачав головой, Брейден подхватил другой чурбан и занялся им.

Мэгги отошла в сторонку, пока мужчины раскалывали толстые чурки на дрова для топки. Девушка вспомнила предупреждение фермера, и сердце ее отозвалось болью.

Ну почему у этого мужчины дочери, а не сыновья?

Может, эти девушки уродливы?

Мэгги замерла от этой мысли. Да, вероятно, они так же беззубы, как сам фермер. А еще они - огромные, грузные женщины с бородавками и оспинами на лице. Они вовсе не прельстят Брейдена.

Тешась этой надеждой, она наклонилась, чтобы поднять одно из больших поленьев, но Брейден остановил ее:

– Собирай щепки для растопки, остальное предоставь нам.

Ничего не ответив, Мэгги опустила чурку обратно на землю, подняла несколько небольших веток и отнесла их в поленницу рядом с глинобитным домом.

Обернувшись к своим спутникам, она замерла, наблюдая за мужчинами с благоговейным трепетом. Те с легкостью орудовали тяжелыми топорами, раскалывая чурбаны. Их тела уже блестели от пота. Не в силах отвести взгляд, Мэгги наблюдала, как рубашка Брейдена туго натягивалась на его мускулах каждый раз, когда он поднимал над головой колун.

Зачарованная этим зрелищем, девушка сжала кулаки, борясь с желанием прикоснуться к вздувающимся на руках горца мышцам. Или откинуть влажные черные волосы с его лба.

Все же этот мужчина был великолепен и смущал ее покой.

Желание сворачивалось в ней в тугую спираль, вызывая неведомые доселе ощущения. Теперь, познав ласки Брейдена, Мэгги напоминала одержимого своим пороком пьяницу, жаждущего эля. Впервые в жизни она поняла, что такое наваждение. Осознала, каково это - по-настоящему вожделеть мужчину.

И да помогут ей небеса, но она хотела его еще больше, чем прежде.

И когда уже начало казаться, что она больше не в силах выносить эту пытку, Мэгги почувствовала, как вдруг зашевелились волосы у нее на затылке, а по спине пробежал холодок дурного предчувствия.