Миновав скалу, они должны свернуть направо, налететь на ничего не подозревающих жителей фермы.

Быстрый галоп.

Каменные стенки, ровные поля с посевами.

Кони мчатся что есть сил.

Ферма — закопченные руины, едва видимые за высокими злаками — и, прямо за ней, вдоль всего берега и дальше, до подножия горы, город.

Высокие здания из камня, каменные пирсы, обшитые досками доки, корабли вдоль линии берега. Большую часть строения окружает стена высотой примерно во взрослого низменника. Главная дорога ведет к воротам, по сторонам две приземистые, с плоскими крышами башни; на них видны дозорные. Над шиферными кровлями вьется дым.

Низменники — больше, чем он мог вообразить — бежали со всех ног. Зазвонил колокол. Люди спешили к воротам с полей, побросав инструменты.

Байрот что-то вопил за спиной Карсы. Не боевой клич. Голос его был полон тревоги. Карса, не обращая внимания, подлетел к первым фермерам. Он срубит немногих, но замедлять бег коня нельзя. Оставить низменников своре. Ему хочется забрать жизни тех, что в городе, за жалкими стенами, за скрипящими створками ворот.

Меч сверкнул, снеся голову фермера. Ущерб сбил и затоптал копытами вопящую женщину. Ворота с грохотом закрылись.

Карса развернул Ущерба влево и привстал, глядя на стену. Арбалетный болт пролетел мимо, угодив в почву шагах в десяти. Еще один просвистел над головой.

Ни одна низменская лошадь не перепрыгнула бы такую стену — но Ущерб был ростом в двадцать шесть ладоней — почти вдвое выше и тяжелее местной породы. Напрягая мышцы и вытянув ноги, жеребец без особых усилий перелетел препятствие.

И ударил передними копытами по крыше какой-то лачуги. Взлетела сланцевая черепица, затрещали стропила. Постройка провалилась под конем и всадником, во все стороны побежали цыплята; Ущерб пошатнулся, отыскал опору и вылетел наружу, на грязную улицу с глубокими выбоинами от колес.

Перед ними показалось другое строение, на этот раз каменное. Ущерб повернул направо. В дверях вдруг показался круглолицый человек с выпученными глазами. Карса размахнулся от души, разрубив крохотный череп; человек развернулся и упал, сложившись пополам.

Бухая копытами, Ущерб нес Карсу по улице, в сторону ворот. Теблор слышал звуки резни на полях — похоже, почти все работники не смогли войти в город. Дюжина стражников успела опустить засов; теперь низменники строились полукругом, готовясь обороняться от налетевшего воеводы.

Железный шлем треснул и взлетел над головой умирающего стражника, словно радуясь свободе. На обратном пути меч отрубил руку и плечо другому стражнику. Затоптав третьего, Ущерб поворотился, задним копытом лягнув четвертого низменника, отчего тот отлетел и ударился о стену, уронив оружие.

Двуручный меч — на взгляд Карсы, более похожий на теблорский кинжал — прорезал два или даже три слоя кожаного доспеха, потом отскочил. Карса вбил навершие рукояти в лицо стражника, сломав нос. Пинком заставил его отлететь в сторону. Остальные в панике разбежались с дороги. Хохоча, Карса послал Ущерба вперед.

По пути удалось срубить еще одного стражника, остальные скрылись в переулках.

Что-то толкнуло Теблора в спину; последовал укол боли. Протянув руку, Карса нащупал и вырвал арбалетный болт. Соскользнул с коня, поглядел на запертые ворота. Толстая балка засова удерживалась двумя железными защелками.

Сделал три шага, Карса выставил плечо вперед и ударил по воротам.

Железные скобы, удерживавшие раму в стенах, вылетели с первого удара, отчего створки выпали наружу, а правая башня затрещала и покосилась. Внутри раздались крики. Каменные стены начали складываться.

Теблор с руганью поспешил обратно, на улицу. Вся башня обрушилась, подняв тучу пыли.

Сквозь белые клубы проскакал Байрот. С его меча капала кровь. Конь одним прыжком перепрыгнул завал. Псы прыгнули следом, за ними Делюм и его жеребец. Губы Делюма запятнала кровь, и Карса, содрогнувшись, догадался: воин, словно пес, рвал фермерам глотки.

Расплескивая копытами грязь, Байрот остановил скакуна.

Карса снова прыгнул на Ущерба и развернул его в сторону внутренней части города.

Каре приближалось поспешным шагом; длинные полированные пики качались, железные наконечники блестели в утреннем свете. Солдаты были еще в тридцати шагах.

Стрела вылетела из верхнего окна ближайшего дома и угодила в круп коня Байрота.

Снаружи ворот донеслись звуки копыт.

Байрок крякнул. — Наше отступление будет трудным, Воевода.

— Отступление? — Карса засмеялся и движением подбородка указал на пикинеров. — Их не более тридцати, а дети с длинными копьями — все равно дети. Байрот Гилд, вперед, разгоним их!