Потому я, нисколько не умаляя заслуг специалистов по тренингу чемпионов, диетологов, докторов наук по здоровому питанию, отдыху и всему остальному, что делает человека сильным и здоровым, все же рискну дать в этой книге и собственные советы, ссылаясь на свой опыт десятилетий борьбы сперва за элементарное выживание, затем с болезнями, с усталостью и просто с возрастными изменениями, которые так неприятно называют старостью, хотя это, конечно, не старость, а так… ну, возраст.

Зачем я это написал? Чтобы убедить вас?.. Вроде бы так, но на самом деле все еще убеждаю себя, что стоило переломить себя и, предвидя обвинения в хвастовстве и поучительстве, написать эти прописные для нас истины, что для большинства являются шоком, вызовут неприятие.

Да и хрен с ним, этим большинством.

Я не демократ.

Наша беда в том, что мы и не хотим учиться. Ладно, вы и я учимся, но, признайтесь, наше общество и даже наше окружение не очень-то к этому стремится.

Когда я в шестнадцать лет пришел на завод, мне дали лопату и велели копать отсюда и до обеда. Я копал, то есть работал слесарем, потом ушел на другие работы и в других регионах страны, но те, с кем я пришел на завод, продолжали копать отсюда и до пенсии, а потом с облегчением бросили лопаты, чтобы копаться на своем садовом участке.

Никто из них ничего больше не умеет, кроме как копать отсюда и до обеда. Я могу собрать компьютер из купленных в магазине или подаренных плат, могу найти неисправность как в железе, так и в софте, но, положа руку на сердце, вы видели семидесятилетних, которые обращаются с компьютером так же легко, как с чайником или электроплиткой?

Потому все призывы насчет того, что мир сейчас стремительно меняется и потому нужно меняться самим, это пока что слова, которые мы слышим, но им не внемлем. Для того чтобы мы менялись, нужно создавать острый дискомфорт.

А довод, что некто увидит у соседа тачку круче, чем у него, и пойдет трудиться и совершенствоваться больше, это для бедных на голову. У нас есть замечательные отмазки типа того, что с собой все не заберешь, бедность не порок, зато мы духовные… и еще вагон и маленькая тележка оправданий.

А совершенствоваться надо. Думаю, тот, кто совершенствуется всю жизнь, будет и жить дольше, мы и сейчас видим, что профессора и доктора наук живут дольше, чем «простые и очень простые люди», а дальше процесс будет еще заметнее.

Да и как-то обидно будет оказаться в роли питекантропов не для далеких сингуляров, а для своих же внуков, что живут в непонятном мире, а к еще моложавым и полным сил дедушке и бабушке относятся с ласковой снисходительностью, как мы к своим любимым собачкам и кошечкам, которые смотрят на нас и не понимают, что мы делаем и зачем делаем.

На прошлой летней встрече трансгуманистов мой вес был 99,8 кг, я старался не переходить эту знаковую грань в 100 кг. Хотя при моем высоком росте это не выглядит чем-то из ряда выходящим, но все-таки цифра уже предельно близка к трехзначной…

Однако к следующей встрече, 5 июля этого года, я сбросил до 85, хотя, конечно, жаль, когда руки становятся тоньше, все-таки бицепсы – украшение мужчины в любом возрасте, а 40 см все-таки греют сердце больше, чем нынешние… фу, даже прошептать противно, сколько ни убеждай себя, что главное – мозги, а не мышцы.

Более того, с этого дня, 5 июля, когда отмечаю 75-летие, намереваюсь покончить со старой жизнью мясоеда и перейти на вегетарианство. Во всяком случае, попробую. Буду пытаться.

Почему?

Все дело в том, что нет таких лекарств или препаратов, которые только лечат, но не калечат что-то другое в организме, это деликатно называется побочными эффектами.

Ежегодно только в США больше ста тысяч человек умирает от лекарств, которые предписаны квалифицированными врачами и строго по делу, то есть никаких врачебных ошибок, то отдельный разговор, а здесь все было правильно и точно, однако люди, вылечиваясь от одной напасти, пробуждали в себе другую и умирали от нее.

Медицина сейчас на высочайшем уровне, наука рапортует о новых способах лечения ранее неизлечимых больных, а также о возможности продления здоровой и активной жизни до 120 и больше лет. Однако обратите внимание, что обычно не упоминают газетчики: ученые говорят о новых возможностях возможного лечения, а это не совсем то, что сегодня или пусть завтра можно побежать в аптеку и купить таблетку бессмертия.

Даже, если бы такое вещество было бы создано, пройдут долгие годы на опробование, проверку, а затем медленное и осторожное изготовление первых опытных образцов. Но, увы, такого нет и близко. Пока все опыты ведутся на червяках, и бодро рапортуют, что жизнь такого-то червяка удалось продлить в десять раз, а если это же применить к человеку, но человек будет жить тысячу лет!