На душе было тяжело и неспокойно.

Возле старого каменного забора огораживающего частный участок территории подъехал спортивный автомобиль. Припарковавшись на противоположной стороне улицы, водитель заглушил мотор и вышел.

Одетый в строгий черный костюм, он подошел к задней двери автомобиля и открыл дверь, выпуская наружу молодую девушку.

Одетая в красную юбку повыше колен, и ярко красную куртку поверх белой футболки с надписью на испанском светловолосая красавица внимательно глянула на возвышающуюся, на четыре человеческих роста арку ворот.

– Рэйчел-сан, мы прибыли по указанному вами адресу. Это Редзампаку.

– Итен, cаme on, или ты собираешься меня отпускать туда одну?

Коротко стриженный светловолосый атлет с трудом выбрался из узкого для его комплекции дверного проема, и хмуро глянув на сестру, обошел автомобиль сзади и встал рядом, скрестив на груди руки.

Девушка посмотрела на брата и только вздохнула.

– Ладно, пойдем, моя молчаливая скульптура мыслителя.

Подойдя к створкам ворот, они остановились.

– Ни колокольчика, ни звонка. Да и створки несмотря на прочность довольно старые... Так и пахнет Old Time's.

Итен внимательно осмотрел ворота, после чего произнес в своей манере коротко излагаться:

– Там нас уже почувствовали.

После чего он спокойно навалился правой рукой на правую створку ворот.

Где-то под аркой ворот послышался металлический лязг, отдаваясь гулкими щелчками на каждый градус поворота створки.

– Оригинальное сопровождение.

Позади брата с сестрой послышались звуки подъезжающего автомобиля. Из-за поворота показался черный немецкий автомобиль и, притормозив возле ворот замер.

Итен тем временем закончил открывать правую створку.

– О, я смотрю у вас сегодня день приема гостей, - к воротам подходила высокая черноволосая женщина в строгом деловом костюме, в сопровождении первого ученика катсуджинкена.

– Незваные гости, хуже татарина!– Произнес Сирахама непонятную для гостей фразу, после чего поприветствовал брата с сестрой: - Добро пожаловать. Рад, что вы все-таки решили воспользоваться приглашением.

Повернувшись к женщине, он поклонился и произнес:

– Счастливо добраться до дома, мама, спасибо что навестила.

"У Художника остались живые родители", - слегка кольнуло за душу Рэйчел.
– "Хотя наш с братом отец жив, но живым его не назовешь, чертов пьяница!"

Когда Рэйчел вышла из размышлений, женщина уже садилась в автомобиль.

– Пройдем в дом?

– Да если мы не помещаем.

Рэйчел удивленно посмотрела на брата.

"Обычно из него и пары слов за день раскаленным прутом не вытащишь!"

"Ладно, моя обычная манера вести себя здесь покажется оскорблением. Придется действовать, как учили".

Склонившись в традиционном поклоне, Рэйчел произнесла:

– Благодарим за вежливое приглашение, но мы немного спешим, и хотели бы уточнить, сможете ли оказать нам небольшую помощь?

По лицу художника нельзя было ничего понять. Но ответил он весьма быстро:

– Все что в моих силах.

– Замечательно. Мы хотели бы купить услуги body art, а то с последнего раза все уже слезло. Мне и моему брату скоро "выступать", а девушка должна всегда выглядеть великолепно.

Сирахама задумчиво посмотрел на небо затянутое серой облачной массой.

– Думаю, проблеме с загаром может весьма помешать отсутствие соответствующего солнца.

– Это не проблема, если согласишься, то завтра за тобой заедут до банного комплекса "Кионт". Там зал мужских и женских соляриев, а проблему с отдельным кабинетом я как-нибудь утрясу.

– Тоже участвуете?
– неожиданно задал он вопрос.

– Да, и надеюсь столкнуться на ринге, твой учитель не позволил тогда показать себя во всей красе.

Художник развел руками в стороны, словно извиняясь.

– Увы, слово учителя закон, для его ученика.

– Хорошо, только денег не надо, если решите проблему с солярием, то у меня будет с собой две особы, которые потом мне не простят упущенного случая.

– Тогда по рукам?

Сирахама кивнул головой в знаке согласия.

Прежде чем Сирахама успел среагировать на резкий подскок девушки, Рэйчел успела оставить на правой щеке красный след помады.

– Тогда завтра в десять!