Повторно наполнив стакан, я протянул бутылку к Сио, чтоб наполнить. Сио молча подставил стакан и, прикрыв глаза, приготовился слушать дальше.

– Мне еще повезло, что я успел поступить на учебу в Редзанпаку раньше, чем склочные дурры-феминистки узнали об этих треклятых глазах! Мать рассказывала, что обладатели таких глаз должны становиться во главе клана или ветви, в зависимости от возможностей... но! Быть цирковой обезьянкой и плясать под дудку старейшин ради того, чтобы они только укрепляли свои позиции и подкладывали под нужных им... не такой жизни я искал! И искать не буду! Сам факт того, что меня пытались распотрошить - это полбеды... Пугает, с какой легкостью они оперируют человеческими жизнями...

Я замолчал.

– Учитель, я так и не спросил...

– О чем именно, ученик?
– Сио наконец-то соизволил посмотреть мне в глаза.

– Почему меня оставили учеником Редзинпаку - насколько я могу судить, я оставил за собой очень кровавую дорожку во время побега...

– В состоянии сатори и трансе, ты просто не мог контролировать свои эмоции и действия. Организм ответил соиз... меренно... меримо... Тьфу!
– В сердцах сплюнул Сио, не умевший вести длинные диалоги.
– Не бери в голову, просто прими, как данность. Ты не закончил обучение и спасал свою шкуру - Старейший все учел.

Сио залпом опустошил свой стакан и разлил по стаканам остатки.

– Но теперь тебе придется еще труднее... но и интереснее! Если хочешь переломить действующую ситуацию - стань сильнее, чем ты можешь стать!
– Сио встал, собираясь к себе, но, обернувшись, добавил.
– Думай на три шага вперед и не заставляй девчонок плакать! И иди спать - завтра тебе предстоит тяжелая тренировка!

Встав, я поклонился:

– Спасибо, учитель!
– Сио на мгновение напрягся, с неопределенной миной меня рассматривая, а потом отправился к себе, тихо напевая под нос один ему известный мотив.

"На три шага вперед? На три шага... Вперед... А вот это уже очень хорошая идея, учитель!"

Глаза никак не хотели приходить в норму и чтобы что-то с этим сделать, я отправился к матери. Мягко говоря, когда я снял солнцезащитные очки, она вздрогнула и побледнела. Но ничего не сказала, и расспрашивать не стала ...

– Как можно привести глаза к тому, чтобы люди не реагировали так нервно?

– Этому нельзя научить - у каждого это происходит по-своему... Ну и есть еще старые добрые контактные линзы.
– Мать внимательно разглядывала радужку моих сильно изменившихся глаз.
– Мне кажется или ты пришел сюда не только за этим?

Я поморщился:

– Думаю, тебе не надо пересказывать события, происходившие на той базе?

– Нет.
– Сори, покачала головой.

Отношения к семье у меня изменилось в тот момент, когда я узнал другую сторону их жизни. "Прежний", оставивший мне свою жизнь (не без помощи одной личности, оставшейся за кадром), явно не ожидал бы такого.

– Кто она?

– Забудь о ней, - Спокойно произнесла та, кого я в этой жизни называю матерью, и вытянула вперед раскрытую правую ладонь, останавливая мою гневную реплику.
– Она после суда сослана на долгий срок. Старейшины не смогут использовать ее, как фигуру на доске своих игр.

– А...- Но договорить мне опять не дали.

– Пока не известно точно - должен пройти срок, прежде чем точно сможем определить, беременна ли она.
– Вот тут она точно попала в причину моего визита, словно знала наперед.
– Если она беременна, ребенок будет воспитываться у нас без права на знание личностей родителей, что не даст Совету право на ребенка. Да, кстати...!

Мать встала и подошла к шкафу, из нутра которого появилась белая, пластиковая упаковка.

– Здесь полсотни таблеток. Надо было передать их тебе раньше, но кто ж знал...

– Что это?
– Я с осторожностью рассматривал короткую аббревиатуру незнакомого препарата.

– Ментальный подавитель. В процессе соития несовершеннолетних, не умеющих в достаточной мере абсорбироваться от эмоций партнера, итог может быть плачевным.

"Презервативы для мозгов, нада-а-а... Какие еще сюрпризы будут? Не-е-ет, если удастся поговорить с личностью, засунувшей меня в этот, весьма недружелюбный ко мне мир, я выскажу ему все, что о нем думаю!"

Я уже собирался уходить, но мать меня окликнула:

– Сын, кстати говоря, забыла предупредить!
– От ее улыбки у меня прошел мороз по коже.
– На твою карту перевели компенсацию за те дни, что ты пропутешествовал... Плюс - моральный ущерб. Пожалуйста, распорядись этими средствами с умом! Я - на работу!

И, чмокнув меня в лоб, вышла, оставив меня в задумчивости.

Через полчаса я с ох... смотрел на то, что высветилась на темно-зеленом экране банкомата. Сумма была мало того что большая... она была огромной для одного человека. И за меньшее убивают! С умом значит?! С умом...