Ждать Атьмана или помочь Ариадне?

До него донесся приглушенный стон, и доктор быстро зашагал по лестнице, стараясь, чтобы щебенка и осколки стекла не скрипели под ногами. Он спустился на подземный уровень – и вдруг понял, что сигнал на дисплее пропал. Он тряхнул прибор – и вдруг услышал знакомый голос:

– А я думал, Михаил Николаевич, что вы в гостях у ЛДК!

Доктор живо обернулся, увидел ухмыляющуюся физиономию Владислава Столярова, а потом на его голову обрушился мощный удар.

В себя доктор пришел в каморке, ярко освещенной сиявшей под потолком лампочкой. Открыв глаза, он увидел лежащую в углу ничком Ариадну. Девушка слегка пошевелилась – значит, жива, только наверняка без сознания! У него отлегло от сердца.

Бергамотов попытался подняться, но не смог, так как руки и ноги у него были связаны.

– Отличная штука! – услышал он голос заместителя начальника секции классического детектива и, подняв глаза, увидел Столярова, как всегда, в жилетке, как всегда, в ярких кроссовках, рассматривающего изъятый у него прибор.

– Позволяет вам вести человека, ведь так? – произнес тот с ухмылкой. – Наверняка вашу ясновидящую невесту, так ведь? Только вот где у нее спрятан чип?

– В браслете, который я ей подарил! – глухим голосом ответил доктор Бергамотов и осторожно пошевелил руками. Нет, это только в книгах главный герой может распутать узел… – Помимо определения местоположения по спутнику браслет мерил давление, частоту дыхания и пульс. Поскольку я и предполагал, что ее похитят и сделают это, выведя ее из строя, то получил сигнал, едва параметры Ариадны изменились. И я понял, что ее похитили!

– И она не была в курсе? – удивился Столяров. – Но почему вы продолжали рыть? Ведь убийца, Эльвира, все еще в коме, дело Джека-потрошителя закрыто!

Доктор, все еще стараясь распутать узел на руках, попытался сообразить, сколько времени прошло с его звонка Атьману. Тот со своими ребятами уже наверняка на территории фабрики!

– Попытаюсь рассуждать так же, как и Орест Самсонович, ведь недаром я ношу его фамилию! Эльвира была стервой и, видимо, ненавидела новую любовницу Юрия Викторовича и даже хотела ее ликвидировать, но разве стала бы она убивать других женщин, причем столь кошмарным способом? Нет. Это факт номер один. Да, все улики указывают на Эльвиру, но ведь она в результате ДТП в коме. Причем ДТП какое-то мутное, кажется, подстроенное. И виновник до сих пор не найден. Это факт номер два. Эльвира никогда не увлекалась писаниной, так что трудно поверить, что все эти годы именно она под псевдонимом «Иван Рипперов» снабжала ЛДК романами об Оресте Бергамотове. Это был кто-то другой. А то, что на ее компьютере обнаружились романы, а в ее квартире и авто – улики, так ведь их элементарно могли ей подложить. Так же, как княжна Бобруйская подложила их девице Чернозвоновой, пытаясь сделать ее козлом отпущения за собственные преступления. То бишь убийца мыслит и действует шаблонно – и переносит сюжетный ход из написанного им самим романа в свои реальные злодеяния. Это факт номер три. А факт номер четыре, что ноготь Эльвиры на месте последнего убийства свидетельствует не о виновности нашей властительницы тьмы, а именно что о ее невиновности. Сломай убийца на самом деле ноготь, он бы никак не мог упасть на пол в квартире жертвы, ибо убийца был, конечно же, в перчатках. Ноготь требовался, чтобы подставить Эльвиру, ибо оный она сломала на книжной ярмарке, а кто-то его элементарно подобрал и подбросил на место преступления. То есть этот кто-то был на ярмарке! И это были вы, Славик!

Он сделал паузу, потому что услышал шорох. Услышал его и Столяров, обернулся – и оказался лицом к лицу с Олегом Францевичем, который, держа в руках пистолет, крикнул:

– Стоять, не двигаться! Джек-потрошитель, ты арестован!

А потом, засунув пистолет за спину, хлопнул Столярова по плечу и отечески заметил:

– Отличная работа, Славик! Просто отличная! И девчонка, и докторишка в наших руках!

Атьман, подмигнув Бергамотову, сказал:

– Что, великий сыщик, прокололись? Это факт номер пять. Звонили мне, надеясь на помощь, я и приехал. И помогу Славику убрать вас. Это факт номер шесть. Ведь он-то затеял эту катавасию ради того, чтобы получить признание. Еще бы, отвергнутый писатель, вынужденный работать в издательстве не на самой хлебной должности. Вы правы, романы о Бергамотове все эти годы писала не дура Эльвира, а Славик, который снабжал ими ничего не ведавшего и упивавшегося своей гениальностью ЛДК. Это факт номер семь. И так, через ЛДК, Славик и обрел дикую популярность и успех – то, чего ему до крайности не хватало! И чтобы подстегнуть ставшую угасать популярность, мы и изобрели Джека – не только в виде повести, но и в реальной жизни! Теперь продажи снова резко пошли вверх, началась вторая весна Ореста Бергамотова и детективов о нем! Ведь публике все еще нужны хлеб да зрелища. И мы предложили ей ужасающий, заставляющий трепетать от ужаса спектакль! Каково?

Столяров усмехнулся:

– А Олег Францевич все мечтал о том, чтобы из шефа службы безопасности стать владельцем издательства. Он и станет. Потому что мы продумали кое-какую комбинацию, позволяющую обвинить в вашей кончине Юрия Викторовича. Генеральный Генералов отправится в тюрьму спецназначения к папочке Ариадны, Олег Францевич станет новым генеральным, а я – главным по сюжетам и книжечкам! Каждый получит то, к чему стремился! И это последний факт, Бергамотов! Всегда доверяйте профессионалам!

Атьман, пнув доктора ногой, сказал:

– Зря, Славик, ты дал сыщику фамилию этого ротозея. А теперь пришла пора заняться девчонкой! Потому что эта история с ясновидящей не давала мне покоя с самого начала. Я все боялся – вдруг она выдаст, что мы всех убиваем?

– Я тоже боялся, – согласился Столяров, – хотя ведь в повести мэтр Гийом оказался мошенником и сообщником Потрошителя. Но мы-то точно знали, что Ариадна не наша сообщница! А тут еще этот слушок, что девчонке привиделось лицо убийцы…

– Да, действительность не пожелала уподобляться книжному сюжету, – дерзко произнес доктор Бергамотов. – И вы не все предусмотрели, не так ли?

Столяров дернулся, Атьман подошел к нему и, всмотревшись в лицо доктора, прошипел:

– Что-то не нравится мне эта наглая улыбка, Славик! Готовь инструментарий!

Славик, побледнев, вынул из ржавого ящика старинный докторский саквояж и поставил его на пол перед Олегом Францевичем.

– Только вы без меня, ладно? – произнес он жалобно. – Мне вся эта кровь не по нутру…