Шрифт:
Но не говорить же ей, что о сенсационном убийстве модного беллетриста Глеба Державина-Клеопатрова ему сообщил полковник Брюхатов, когда они возвращались после завершения полицейской операции по захвату притона Васьки Пороха!
– Он назвал меня следующей жертвой! – выдохнула баронесса. – Понимаете, он так и сказал на спиритическом сеансе! Я ведь только сегодня утром узнала, что он уже совершил убийство – прикончил несчастного Глеба Трофимовича! Умоляю, спасите меня!
Подойдя к окну (шесть шагов от стола по диагонали), Бергамотов сложил на груди руки и произнес:
– Баронесса, конечно, факт убийства, к тому же столь ужасного, потрясает. Однако думаю, что вам нечего бояться. Не будучи знакомым с деталями этого дела, предполагаю тем не менее, что подоплека убийства господина беллетриста не связана с проделками разбушевавшегося духа легендарного маньяка…
– Орест Самсонович! – вскричала баронесса. – Не будьте жестокосердны! Ведь он доберется до меня, я это чувствую! О если бы вы были на спиритическом сеансе мэтра Гийома! Я чувствовала присутствие зла, буквально ощущала его каждой порой! Вы ведь так лихо расследовали самоубийство генерала Иволгина, оказавшееся на самом деле убийством! И отыскали бесценную черную жемчужину, похищенную у княгини Перуновой-Диадемовой! [5] Кто, если не вы!
5
См. сборник рассказов Леонида Державина-Клеопатрова «Орест Бергамотов и Чертова дюжина». Изд-во «Ктулху».
Орест Самсонович вздохнул. Что ж, придется отказать, но так, чтобы баронесса не устроила ему скандал. Потому что сейчас самым важным для него было напасть на след Профессора – и разрушить его коварные планы!
– О гонораре не извольте беспокоиться! Я уже говорила с супругом, и барон выписал чек! Вот, прошу!
В этот момент раздался осторожный стук и в гостиную вошел Мэхпи. Судя по шелесту, он принес с собой свежие газеты. При изучении прессы Орест Самсонович был зависим от Мэхпи, и в данном случае понимал, что тот никогда не решился бы мешать его беседе с баронессой, если бы не случилось что-то из ряда вон выходящее.
– Маньяк. Объявился! – произнес индеец, и до Ореста Самсоновича долетел шелест газетных страниц. А затем истеричный вскрик баронессы:
– Орест Самсонович, Джек-потрошитель прислал сердце несчастного господина беллетриста в редакцию «Бульварного экспресса»! О я не могу, это выше моих сил! Я сейчас упаду в обморок…
И в самом деле упала, подойдя при этом – что за редкостная удача! – к дивану и приземлившись на него. Орест Самсонович велел Мэхпи прочитать заметку, а затем послал купить свежий номер «Бульварного экспресса», ничуть не сомневаясь, что сей мало кому известный желтый листок выжмет из этой сенсационной истории по максимуму и презентует читателям все самые шокирующие подробности монструозной посылки.
Бергамотов услышал сопение и чавканье – это Зигфрид вылизывал лицо упавшей в обморок баронессы. Метод лечения оказался крайне действенным, потому что та, снова истерично вскрикнув, пришла в себя.
– Прошу вас, спасите мою жизнь! Я не хочу стать его жертвой! Ведь он заявил, что убьет всех, кто присутствовал на спиритическом сеансе! И начало уже положено!
Баронесса явно вознамерилась бухнуться ему в ноги, но допустить подобной мелодрамы Бергамотов, конечно же, не мог. Успев удержать баронессу за локоть, он произнес:
– Даю вам свое слово, что с вашей головы ни волоска не упадет, баронесса! Бояться этого самозваного Джека-потрошителя и его голословных угроз вам не нужно. Я защищу вас!
– О Орест Самсонович! – Бергамотову не удалось избежать орошения слезами баронессы, кинувшейся к нему. – Мой рыцарь, спаситель, античный герой! Я знала, что могу вам довериться!
Когда вернулся Мэхпи, Бергамотов дал ему поручение проследовать за баронессой к ней домой, остаться в особняке и охранять ее как зеницу ока. На Мэхпи он мог положиться – кем бы ни был Джек-потрошитель, миновать Мэхпи и причинить вред баронессе ему не удастся. Даже будь он посланцем ада!
А Джек-потрошитель, в этом Бергамотов не сомневался, был человеком, а не призраком. Ибо силы ада (а с ними Оресту Самсоновичу тоже приходилось сталкиваться) [6] все же не убивали при помощи турецкого ятагана, не вырезали сердец и не отправляли их в редакцию бульварного листка.
Чтобы баронесса снова не закатила истерику, Бергамотов самолично доставил ее в особняк на Большой Морской, где, вверив попечению Мэхпи, заявил, что заедет проведать их вечером.
6
См. роман Леонида Державина-Клеопатрова «Орест Бергамотов и Семья вурдалаков», Изд-во «Ктулху».
– Мэхпи – мой верный друг и помощник, баронесса, и я ему доверю как самому себе. Вы в полной безопасности!
– Ах, Орест Самсонович! Я так счастлива, я в восторге! Возьмите, прошу вас, чек…
Бергамотов решительно отверг чек и сказал, что позаботится о безопасности баронессы – это для него дело чести. Судя по довольному хмыканию баронессы, подобная трактовка пришлась ей по душе.
Оставив баронессу под присмотром верного индейца, Орест Самсонович отправился к полковнику Брюхатову, затем на встречу с осведомителем, а потом заглянул в китайский опиумный притон на окраине столицы.