Пока Сашка с Миреком обсуждали сооружение, Ярко сбегал в дом и разложил перед удивлёнными приятелями угощение: аккуратно нарезанные кусочки сала, лук и свежеиспечённый хлеб. Закончив сервировку объёмистой бутылью с квасом, Ярко пригласил:

— Сидайте, хлопцы. Пидхарчимось трошки.

Ни Сашку, ни Мирека уговаривать не пришлось. Больше того, первым ухватив аппетитный кусочек сала, Мирек поинтересовался:

— Откуда такой харч?

— Дядько в гости приезжал, — Ярко разломил хлеб на три почти одинаковых ломтя и уточнил: — Из Выселок.

— Как они там? — степенно спросил Мирек.

— Вроде теперь всё спокойно, но шум був ещё тот, — фыркнул Ярко. — Однорукого-то, на наших очах пидстрелили.

— А этот однорукий, что и вправду комсомольским секретарём был? — не удержался и задал давно мучивший его вопрос Сашка.

— Правда, — подтвердил Ярко. — Он вроде как с бандеровцами был связан. Через то и лес був полный солдатив. Дядько казав, тогда, как лес прочёсывали, кого-то из лесовиков взяли, вот они и выдали однорукого.

— Ну да, — согласился Сашка. — Помните, как нас тот сержант спрашивал, не видели ли мы кого, а вы про Петровича не сказали…

Мирек и Ярко переглянулись. Сашке показалось, что его приятели чего-то недоговаривают, но Ярко поспешил заверить:

— А хиба Петрович подозрительный? Мы с Миреком его знаем.

И словно нарочно уходя от разговора про Выселки, Ярко, покосясь на «кодак», висевший на плече у Сашки, поинтересовался:

— Как, плёнку ещё не дофотографировал?

— Ага, здесь уже новая, — для убедительности Сашка тряхнул футляром.

— А когда проявишь? — спросил Мирек.

— И напечатаешь когда? — не утерпел Ярко.

— Уже! — и Сашка выложил на стол плотный, аккуратно завёрнутый в газету пакет.

Ярко поспешно снял обёртку и, рассматривая вместе с Миреком фотографии, спросил:

— А нам какие дашь?

— Это все вам, — улыбнулся Сашка.

— Спасибо, — протянул Ярко и посмотрел на Мирека. — Как делить будем?

— Делить не надо, — усмехнулся Сашка и выложил второй пакет. — Я всем поровну напечатал.

— Ух ты!.. — Ярко сгрёб фотографии и заявил: — Я их хранить буду, это ж потом, если посмотреть, как интересно будет.

— Точно, — подтвердил Мирек и, взяв свой пакет, поднялся. — Мне пора.

— Мне тоже, — Сашка вскочил. — Я с тобой…

Наскоро попрощавшись с Яркой, который решил заняться домашними делами, Мирек и Сашка по Киевской направились в центр. Заминка, случившаяся в разговоре про Выселки, не выходила у Сашки из головы и, едва они миновали еврейское кладбище, хлопец вроде как сам с собой рассуждая, начал:

— Слушай, Мирек, я вот всё думаю, если тот комсомольский секретарь был связан с бандеровцами, может, и Петрович, раз он так свободно по лесу ходит, тоже из тех.

— Всё может быть, — Мирек на секунду запнулся. — Тут, я тебе честно скажу, всякое было…

— Но Ярко говорит, Петрович вроде как партизан, — неожиданно начал защищать лесника Сашка.

— Партизаны тут тоже какие хочешь по лесу шастали… — начал было Мирек, но оборвал себя на полуслове.

Однако Сашка уже уловил, что тут что-то не так, и спросил:

— А ты сам, почему не сказал сержанту про Петровича?

— А потому, — жёстко ответил Мирек, — что мы того Петровича не просто видели, а ещё и подвозили. Понял?

— Нет, — закрутил головой Сашка. — Он же твой добрый знакомый, ещё отца твоего знал.

— Вот именно поэтому, — резко отрубил Мирек.

— Ничего не понимаю… — пожал плечами Сашка. — Причём тут твой отец? У тебя же отчим.

— Отчим… — Мирек повернулся к Сашке. — То отчим, а то отец. Не хочу я его никуда впутывать. Ты что, забыл, что в лесу делалось? Обязательно допытываться б стали, что да как. А я что скажу?

— Вон ты про что… — протянул Сашка, наконец-то начавший кое-что понимать.

Какое-то время приятели молча вышагивали улицей, а потом Мирек, уходя от явно неприятной ему темы, спросил:

— А ты сам чего так сорвался? Помог бы Ярке.

— Помочь можно, но, понимаешь, у меня тоже дело. — Сашка слегка придержал болтавшийся на боку «кодак». — Я ведь хочу журналистом стать, и вот что надумал. Пока у нас всё так, наснимать самое интересное и фотоальбом сделать, а потом, лет через пять, когда всё иначе будет, ну, когда всё восстановят, снова сфотографировать и сравнить. Знаешь, какой репортаж выйдет!