– Конечно. У меня их не перечесть. Пальцев не хватит. Много ем, много пью, много говорю…

– Не притворяйся! Я спрашиваю про большой грех… тот, что ты хотел бы забыть навсегда… Мне кажется, – Анна Ивановна понизила голос до шёпота, – мне кажется, нам всем нужно собраться и вспомнить про свои грехи. Настоящие грехи. Вспомнить и покаяться. Тогда, возможно, Он укажет нам путь… Это будет коллективное покаяние… раскаяние заблудших душ… так есть или нет? – Анна Ивановна строго посмотрела на Марка.

Марк задумался, обошёл кровать с другой стороны и лёг рядом с Анной Ивановной.

– Хорошо… – произнёс он медленно. – Возможно, ты и права… пришло время отвечать за грехи. Есть кое-что, что я хотел бы забыть. Нет, это не та студентка, из-за которой мы развелись с женой. Та девочка могла за себя постоять. Это случилось в годы моей юности. Очень-очень давно, на первом курсе института. Один мой приятель пригласил меня летом к себе в деревню, отдохнуть и развеяться. Я, не задумываясь, согласился, это представлялось мне очень романтичным. Запах сена, ночи у костра… я был завзятым романтиком в те времена, наивным, неискушённым. С нами поехали ещё несколько человек с нашего курса, для компании. Разместились у моего приятеля, в доме его бабки. Старушка нас обожала, каждый день пекла пироги. Вначале всё шло именно так, как я и ожидал: ночи у костра, купание в реке, сеновал… а потом я познакомился с Ингой, местной девушкой. Она жила с бабкой на отшибе. Инга пришла утром на реку, и я, как на грех, оказался здесь же… Она поразила меня с первого взгляда… высокая, стройная девушка с милым лицом… этакая русская красавица. Мы познакомились и стали встречаться… Инга влюбилась, она была очень искренней, из породы тех, кто за любимым и в огонь и в воду. А я… я не чувствовал себя влюблённым до такой степени, чтобы связать с ней жизнь. Кто такая она, и кто я? Я городской парень, она деревенская девчонка, без образования и каких-либо перспектив на будущее. Мы обитали в разных мирах, и я не видел, или не хотел видеть, где наши миры могут пересечься.

Мой приятель предупредил меня, что у Инги есть жених, который скоро вернётся из армии. Я смеялся и махал рукой: дождётся, мол, твоя Инга, не убудет с неё! Она была очень страстной в постели… горячей, неистовой… она очень меня любила. Все знали о наших отношениях, вся деревня. Все считали, что мы поженимся… все, кроме меня. Я ничего не говорил Инге, а она не спрашивала, считая это само собой разумеющимся. Я пользовался ей беззастенчиво, и даже варварски, если так можно сказать. Мне нравилось с ней спать, но в остальном она была мне совершенно чужой. Я оставался холоден, как мраморная статуя. Этакий Печорин… н-да… а попросту молодой идиот…

Ну, короче, закончилось тем, что я уехал. Как и ты. Просто уехал, не попрощавшись, ничего не сказав. Мой тогдашний приятель с тех пор разорвал со мной отношения. Как я потом узнал, Инга долго не могла поверить, что я её бросил. Предал и бросил… она ждала, что я приеду за ней, но, разумеется, не дождалась. Её парень вернулся из армии, но она порвала с ним. Не могла обманывать человека. И не любила. Говорят, она пыталась утопиться, но не получилось – рыбаки увидели и вытащили. Потом она уехала, не в силах вынести позор, как она считала. Приятель дал ей мой телефон, она позвонила раз, но я сделал вид, что с трудом её вспомнил, спросил, как дела… она всё поняла и больше мне не звонила.

А через много лет я узнал, что Инга так и не вышла замуж… ни детей, никого… всю жизнь одна… в тесной коммуналке…

Нельзя поганить чистые души… нельзя прикасаться к ним грязными руками. На белом остаются следы… Это мой грех, Анечка. Из-за меня ангел упал с небес.

– Ангелы падают с небес только по собственной воле.

– Это так, но, как говорится: не искушай? Это тоже грех. Тем более для простого развлечения, чтобы потешить самолюбие. А знаете, я немного облегчил душу. Камнем висело много лет… особенно после истории с утоплением. Слава Богу, что её спасли!

Они молча сидели, взявшись за руки – два человека, запятнавшие Белого Ангела, товарищи по греху. Анна Ивановна почувствовала, что Марк стал ей немного ближе после исповеди. «Боже мой! – пронеслась у неё мысль. – Неужели плохие поступки сближают людей теснее, чем хорошие? Или осознание того, что ты не один такой мерзкий, греет душу? Видимо, так… и в аду не хочется остаться без компании…»

Анна Ивановна ощутила нежность и пожала Марку руку, он ответил ей тем же. Они улыбнулись друг другу и Марк сказал:

– Прости, Анечка, но эти воспоминания вытряхнули меня морально. Я хочу отдохнуть. Ты не против?

Анна Ивановна покачала головой, залезла в спальник и свернулась калачиком. Марк лёг к ней спиной. Анна Ивановна полежала немного, но сон не шёл. Она решила спуститься вниз, выпить воды. За столом никого не было, и Анна Ивановна решила поискать Стеллу, чтобы узнать о её самочувствии. Ей вдруг пришло в голову, что Стелле сейчас нужна поддержка. Анна Ивановна дошла до её комнаты и осторожно приоткрыла дверь. Её глазам предстало зрелище, от которого она тут же зажмурилась. На огромной кровати находилось нечто, напоминающее гигантского спрута со множеством щупальцев. Это нечто состояло из трёх абсолютно голых человеческих тел – Андрея, Виталика и Стеллы. Андрей, который стоял к двери задом, удивлённо обернулся и присвистнул, увидев Анну Ивановну, которая застыла в дверях.

– Мы пытаемся привести в чувство нашу хозяйку, терапия вроде как, – произнёс он. – Надеемся, что подействует. Ты можешь присоединиться к нам, Стелла будет рада.

Анна Ивановна покраснела, как варёный рак, и захлопнула дверь.

«И не введи нас во искушение… но избави нас от лукавого…»

Грех во всей своей красе. Он пустил корни, он множится. Скоро они не смогут остановиться и погрязнут в грехе. И тогда они все стопроцентные покойники.

Анна Ивановна вернулась к себе в комнату и легла. Её слегка трясло от пережитого.