Шрифт:
Я ушёл полностью убитым. С тех пор Люда совсем потеряла ко мне интерес. Самым правильным в такой ситуации было смириться и уйти в сторону, найти другую девчонку и успокоиться. Но я не мог, жаба меня давила непрестанно. Я решил узнать кое-что о сопернике и натолкнулся на один немаловажный факт: возраст Димы (его так звали) был как раз призывным, но по состоянию здоровья он вроде как не пошёл служить. Это были годы, когда парней отправляли в Афганистан. Как я говорил, у моих родственников имелись связи. Я поговорил кое с кем по-свойски, и мне пообещали сделать всё возможное. Пришлось дать взятку, но дело было сделано – Дима отправился служить. В Афганистан. Я позаботился, чтобы его отправили именно туда. Наверное, надеялся, что он там и останется. После его ухода я думал, что Люда снова вернётся ко мне, звонил ей, умолял о встрече, но она оставалась непреклонна и видеть меня не желала. Сказала, что ждёт из армии жениха и наша встреча может быть неверно истолкована. Надежды больше не осталось никакой. Но я не успокоился. Узнал, в какой именно части служит Дима и через знакомых связался в его командиром. Попросил отправить Диму в самую горячую точку, ну, к чёрту в задницу… передал ему деньги через доверенного человека…
Командир всё исполнил в точности; не знаю уж, куда он его посылал, но с той войны Дима вернулся инвалидом… без обеих ног. Люда была убита горем, но на роль жены декабриста она не годилась. Поплакала, погоревала – и утешилась в объятиях очередного друга. Верной она осталась только одному: со мной не хотела иметь никаких дел, вычеркнула меня из своей жизни.
Я тоже вдруг как-то успокоился, встретил другую девчонку, влюбился, и стёр из памяти Люду и её бывшего жениха.
Потом я узнал, что жизнь Димы пошла под откос: он начал пить, жил на крошечную пенсию, его поддерживала только мать…
Глупо как-то всё вышло… я раскаялся, жутко переживал, хотел даже прощения у Димки просить, но не смог… не смог рассказать ему, что я из идиотской мести разрушил его жизнь… несколько раз приходил к его дому, ходил вокруг, но зайти не решился.
– И что с ним теперь? – раздался голос Кати. – Много лет ведь прошло… Афганистан когда был…
– Много, согласен. Но я не знаю, честно, не знаю. Я потом уехал из города. Закрутилось всё, завертелось, почти не вспоминал. Потом перебрался за границу, женился. Думал, что откупился, оказалось – нет. А сейчас даже рад, что так вышло, надоело жить с чувством вины…
В тишине стало слышно, как Артём стучит пальцами по столу. Остальные хранили молчание. Артём встрепенулся, перестал стучать и порывисто встал:
– Может, хватит на сегодня? Честно, немного загрузился от ваших смертных грехов. Как-то теряешь веру в людей. Может, сделаем перерывчик? Отдохнём… мне нужно обдумать свою исповедь.
– Давайте! – сказали сразу несколько человек, и все разбрелись по комнатам.
Анна Ивановна проснулась оттого, что кто-то пристально смотрел на неё. Анна Ивановна всмотрелась и узнала Марио. Она обрадовалась его появлению, хотя и немного удивилась, что он опять здесь. Анна Ивановна улыбнулась, села на кровати и протянула к Марио руку:
– Так ты жив?
Марио, казалось, смутился:
– Конечно, жив, а как же иначе?
– Ты говорил, что умер. Я так расстроилась. Зачем ты обманул меня? Хотел проучить? Злился?
– Да нет. Не знаю, зачем я так сказал… я вообще не помню, чтобы я это говорил…
– Ладно, забудем. Иди сюда, я так давно тебя не видела! Целую жизнь…
Марио подошёл и положил голову на колени Анне Ивановне. Она погладила его по волосам, они были мягкие и шелковистые. Сердце в груди Анны Ивановны застучало, пальцы задрожали. Она убрала руку, чтобы Марио не заметил её волнения.
– Я состарилась, – произнесла она, – стала совсем старухой, но я жалею, что прожила жизнь не с тобой. Прости меня, мой милый…
Марио поцеловал руку Анны Ивановны:
– Я не сержусь. Сначала я очень злился, но потом перестал. Это ты прости меня. Ты совсем не старая…
– Ну что ты… – Анна Ивановна наклонилась, чтобы вдохнуть запах волос Марио и неожиданно для себя поцеловала его в щеку.
Марио привлёк её к себе и прижался губами к её губам. Былая страсть вспыхнула в сердце Анны Ивановны, она вновь ощутила себя молодой и красивой. Марио, как тогда, много лет назад, начал расстёгивать молнию на её спортивном костюме… Анна Ивановна не сопротивлялась, она позволила Марио раздеть её, и они занялись любовью…
Сколько это продолжалось, она не помнила, просто растворилась во вновь обретённой любви вся без остатка. Потом она провалилась в небытие, успев подумать, что после такого и умереть не жалко. Главное, что Марио простил её! Анна Ивановна была счастлива.
Она вынырнула из глубокого сна, как пловец с большой глубины, с глубоким вздохом, дрожа от холода. На ней ничего не было, а вся одежда лежала скомканная на полу. Рядом кто-то лежал, укрывшись её спальником. Анна Ивановна первым делом натянула на себя одежду, а потом украдкой посмотрела на спящего, и чуть не закричала от страха: это был Артём. Он крепко спал.
«И не введи нас во искушение…»
Анна Ивановна перекрестилась. Это Дьявол подкараулил их, узнал их слабые места и посмеялся над ними. Заставил согрешить. Несомненно, это его проделки. Он внушил ей, что это Марио явился к ней спустя много лет. Но как она могла поверить такой откровенной, глупой фальсификации? Как, спрашивается, мог Марио пробраться сюда?
«И избави нас от лукавого…»
А Артёму он внушил что-то другое, и он тоже поверил, тоже поддался на искушение. Они оба жертвы. Надо сделать вид, что ничего не случилось, когда Артём проснётся. Он просто пришёл сюда, лёг и уснул… просто лёг и уснул… А может, и в самом деле, ничего не было? Всё явилось плодом её воображения? Она занималась любовью с призраком… разделась, а ничего не подозревающий Артём спал рядом. Да-да, так и было.