– Что вы такое говорите! – возмутилась Оливия.– Думаете, Эсме совершила свой поступок во благо Милли?

Священник коротко кивнул.

– Тогда вы просто не в себе! – крикнула Оливия.– Она просто хотела подложить нам свинью! Злобная, коварная интриганка! Эта женщина никогда мне не нравилась. Я раскусила ее с самого начала! – Миссис Хэвилл посмотрела на мужа.– С самого начала!

Каноник Литтон обернулся к Джайлзу и Элеоноре.

– Приношу свои извинения,– сказал он.– Давайте продолжим. Итак…

– Погодите,– вмешался дядя невесты,– мне надо перемотать пленку назад. Или вы желаете, чтобы я сохранил эту сцену для истории? – Он махнул рукой Джеймсу и Оливии.– Кассету можно отправить в телешоу.

– Никуда мы кассету отправлять не станем,– зашипела Элеонора.– Продолжайте, каноник Литтон.– Она метнула на Оливию испепеляющий взгляд.– Не будем обращать внимания на этих грубиянов.

– Хорошо,– согласился священник.– Итак, Джайлз, вы надеваете кольцо на палец Элеоноре и повторяете за мной: «Этим кольцом тебя обручаю».

Помявшись, Джайлз застенчиво проговорил:

– Этим кольцом тебя обручаю.

– Клянусь любить тебя телом и душой.

– Клянусь любить тебя телом и душой.

Когда слова древнего брачного обета облетели своды церкви, общее напряжение заметно спало. Оливия подняла глаза на куполообразный потолок, затем перевела взор на мужа и с задумчивым лицом присела рядом с ним. Тем временем Александр пробрался вперед и тайком сфотографировал каноника Литтона, пытающегося игнорировать включенную видеокамеру.

– Помнишь нашу свадьбу? – тихо спросила Оливия у Джеймса.

– Да,– ответил тот и с опаской покосился на жену.– А что?

– Ничего. Я просто… вспоминала тот день. Как я нервничала тогда.

По лицу Джеймса скользнула полуулыбка.

– Ты – нервничала?

– Да,– подтвердила Оливия.– Еще как.– Она долго молчала, а потом, избегая смотреть на Джеймса, промолвила: – На следующей неделе, если ты, конечно, захочешь, мы могли бы съездить в Эдинбург. Просто так. Осмотреться, пожить в отеле…

Джеймс Хэвилл ответил не сразу.

– Хорошая идея,– наконец одобрительно произнес он.– Мне очень нравится. А как же твоя домашняя гостиница?

– Закрою ненадолго.– Оливия слегка покраснела.– Знаешь, это не самое главное в жизни.

Не говоря ни слова, Джеймс осторожно подвинулся к жене. Оливия не пошевелилась. Внезапно раздался громкий стук в двери, и супруги отскочили друг от друга, как ошпаренные. По проходу спешил младший приходский священник с трубкой от радиотелефона.

– Каноник Литтон,– взволнованно сообщил юноша,– очень срочный звонок. На проводе мисс Хэвилл. При других обстоятельствах я бы, конечно, не позволил себе прервать…

– Милли? – встрепенулась Оливия.– Дайте мне поговорить с ней.

– Звонит Изабел Хэвилл,– не обращая на нее внимания, уточнил молодой викарий.– Из Пиннакл-холла.

С горящими от возбуждения глазами он передал трубку канонику.

– Кажется, ситуация получила неожиданное развитие.

Изабел положила трубку и посмотрела на остальных.

– Мама в церкви, я только что разговаривала с ней. Представляете, викарию про Милли рассказал вовсе не фотограф.

– А кто? – спросил Саймон.

– Не поверите.– Для пущего эффекта Изабел выдержала паузу.– Это сделала Эсме.

– Ничуть не удивлен,– пожал плечами Гарри.

– Ты знаешь ее? – изумленно взглянула на него Изабел.

– Знал когда-то,– бесстрастно проговорил Гарри.– Очень короткое время. Больше мы не общаемся,– торопливо добавил он.

Скользнув по его лицу подозрительным взглядом, Изабел нахмурилась и побарабанила ногтями по телефону.

– Милли даже не догадывается! Я должна ей позвонить.

– Понятно, почему Эсме не пустила меня в дом,– сказал Саймон, когда Изабел набрала номер.– У нее явно не хватает винтиков.

Пока шли гудки, в комнате царило напряженное молчание. Внезапно выражение лица Изабел изменилось, и она знаком приказала соблюдать тишину.

– Привет, Эсме, Милли еще у тебя? А, ясно. Может, все-таки разбудишь ее? – Изабел скорчила гримасу, Саймон ответил тем же.– Да, да, понимаю. Хорошо, не будем ее беспокоить. Передавай от меня привет.

Изабел положила трубку и снова взглянула на обоих Пиннаклов.

– Что-то не доверяю я этой женщине,– серьезно промолвила она.– Я иду туда.