Чтобы не рисковать понапрасну, они выбрались на автостраду – широкое, в три полосы в каждом направлении бетонное сооружение, которое проходило на уровне вторых-третьих этажей домов. У шахиншаха было достаточно энергии и достаточно мела для того, чтобы производить море бетона. Из бетона в этой стране строилось очень многое, из бетона были все дома новой постройки, водоводы системы ирригации, наконец, дороги. В Бендер-Аббасе, портовом городе, сразу несколько дорог были сквозными, проходящими через весь город и без единого светофора. Что бы ни говорили про шахиншаха – его преемники ничего подобного возвести не смогли, они пока только ломали.

И убивали.

На мосту было тихо, впереди, в паре сотен метров от эвакуационной лестницы, по которой они взобрались наверх, догорала мобильная зенитная установка. Обычный автомобиль с тентованным кузовом, и в кузове ЗУ, калибра 23 или 14,5. Они перемещаются, прикрытые брезентовым тентом, а заняв позицию, сбрасывают тент и открывают огонь. Для транспортных вертолетов – чертовски опасная штука, тем более что транспортники стараются прижиматься к земле. Но эту кто-то выследил и вовремя обезвредил: автомобиль лежал на боку, переломленный почти пополам управляемой ракетой. Еще дальше мертво стоял танк без башни – башня лежала в нескольких метрах от него, и ствол ее проломил ограждение дороги.

Все они спрятались за перевернутым грузовиком, заняли позиции фронтом на юг, залегли. Один из морских пехотинцев развернул мобильный терминал управления – новая штука, ее дают на роту, это что-то типа гибрида игровой приставки и мобильного компьютера – ноутбука. Терминал управления позволяет получать данные с самолета ДРЛО, с вертолета управления, с беспилотника, при наличии допуска даже со спутника, а также самому управлять беспилотником ротного звена и передавать данные вышестоящему командованию в виде обычной картинки и в виде карты с обозначенными целями. Прошли времена пристрелочных залпов, мата по рации, плохой связи – современная война предполагает, прежде всего, мгновенный свободный обмен достоверной информацией и принятие решений на основе информации, часто самостоятельно добытой, а не спущенной сверху…

Один из морпехов, севший за терминал, быстро проверил связь – антенну бросили на остов грузовика, чтобы повыше, запросил список доступных источников разведывательной информации по квадрату, в котором они находились. Таких источников было два – вертолет управления боем, висящий над районом и дающий не слишком-то информативную картинку – хотя бы потому, что без инфракрасного режима. Второй – беспилотный летательный аппарат, висящий на трех с небольшим тысячах метров и дающий такую картинку, как надо.

Картинка была и впрямь отменная. Обычно для того, чтобы сканировать конкретный район, нужно отправлять запрос, но тут либо запрос отправил кто-то до них, либо беспилотник ориентировался по наведению из штаба – картинка сразу была именно такой, какая им требовалась. С первого взгляда они поняли, почему штаб испытывает сомнения и отправил их уточнить обстановку. На каждой машине маяком вспыхивал инфракрасный маяк – сигнал «я свой», который используют и наши части. А по размерам колонна была немаленькой.

– Остаетесь здесь – ты, ты и ты. Управляете боем, даете информацию, – решил командир морпехов в звании капитана, имени которого поручик не знал. – Остальные – выходим на рубеж соприкосновения, занимаем позиции. Огонь – красная ракета или три одиночных. Или если они просто начнут в нас стрелять… Всем ясно?

– Так точно… – пронеслось многоголосо.

– Тогда вперед!

Пошли вперед – перебежками, двумя колоннами, залегая и прикрывая друг друга. Прошли метров триста, когда верхние окна домов разом, как по команде, ощерились колючими искрами вспышек.

– Вперед!

Группа, которая должна была залечь – залегать не стала, рванулась вперед, стремясь как можно быстрее войти в мертвую зону, стреляя на ходу. Кто-то упал и уже самостоятельно не встал, кто-то перекатился и залег, посылая в сверкающие искрами черные провалы окон короткие, злые очереди. Кто-то выстрелил из гранатомета – и один из оконных провалов вспух желтым облаком разрыва…

– Прорываемся! Группа-два – на левый фланг, приступить к зачистке!

– Всем переключиться на ночное видение!

Они прорвались как раз к стене дома, когда над головами с воем пронесся полыхающий кулак «Шмеля», ударил – и пламя рванулось сразу из нескольких окон. Кто-то шарахнул ногой по двери, просунул внутрь гранату…

– Пошел!

Поручик заскочил в комнату, перекрестил автоматной очередью – чисто! Кто-то на полу, но этот кто-то уже мертвый, выбитая дверь в коридор – и в эту дверь он отправил еще одну гранату, не дожидаясь, пока закинут в комнату из коридора. Следом заскочил еще кто-то, потом еще. Один из бойцов сунул в коридор зеркальце, сварганенное наскоро из палки и отломанного зеркальца с машины – самое то при городских боях.