– Знаю, – подтвердил тан Диего Раскона. – Не велика потеря. Поначалу я думал завербовать его, но потом решил, что этот скот слишком труслив и жаден.

Когда старший хорунжий Тарк очнулся, бой за его форт почти закончился. Собственно, боя как такового и не было. Четверо солдат во внутреннем дворе и десяток изнывающих от послеобеденной жары часовых на стенах, были, пожалуй, больше готовы к схватке с демонами из Нижних миров, чем с невесть как оказавшимися внутри форта иторенскими моргвардами. Абордажникам же «Мстителя» за последние две недели довелось сначала выстроить из наполненных землей корзин копию форта, а затем от рассвета до заката упражняться в его штурме. Как выяснялось сейчас, в сравнении с большей частью разыгрывавшихся Диего сценариев реальная задача оказалась весьма простенькой.

– Очнулись, хинк комендант?

Это голос мальчишки, вспомнил Тарк, и правда – открыв глаза, он увидел перед собой того самого юнгу, по-прежнему чумазого. Только вот рваные штаны каким-то чудом превратились в новехонькие темно-синие панталоны, стоптанные башмаки – в ботфорты, а болтавшийся сбоку матросский нож стал длиной в добрый ярд и обзавелся эфесом.

– Какого… – старший хорунжий потянулся было к саднящему горлу – лишь затем, чтобы обнаружить свои руки надежно связанными за спиной. – Во имя Князя Ночи, что вы творите?

– Берем ваш форт.

– Что?!

– Собственно, – Диего неторопливо, словно не замечая оставляемых пальцами следов, натянул батистовую сорочку, – мы уже почти закончили сие занятие. Осталась только одна небольшая проблема… из красного кирпича.

– Ну да, – комендант хрипло рассмеялся. – Что, иторенский змееныш, твой коварный план дал осечку?! Вы и ваши мерзавцы сумели пережать глотки часовым, но как только мои ребята поймут…

– И пока этого не случилось, – перебил коменданта Диего, – я предлагаю вам признать себя побежденным и отдать вашим людям приказ выйти из казармы без оружия и поодиночке.

– Признать побежденным?! Ах ты, лживая…

Маленький тан терпеливо дождался момента, когда поток извергаемых комендантом ругательств сошел на нет.

– Жаль, – холодно произнес он. – Я надеялся, что у вас найдется хоть пара унций мозгов.

– Полижи у меня промеж ног!

– Брат Агероко.

– У нас все готово, мой тан, – отозвался монах.

– Действуйте!

– Твоя мать была… – старший хорунжий замолк, с ужасом глядя на бочонок… второй бочонок, подтаскиваемый давешним светловолосым итореном к двери казармы. Судя по вздувшимся мышцам, бочонок был тяжелый… а судя по вьющемуся из отверстия в крышке синеватому дымку…

– Эй, парни! Тут для вас подарок – доброе вино от нашего капитана! Держите крепче!

Сопроводив бочонок этими словами, моргвард захлопнул дверь, отскочил в сторону и упал, старательно прикрывая голову. Мгновение, другое… грохнуло так, что, казалось, содрогнулась не только казарма, но и скала под ногами коменданта. Длинные алые ленты вырвались из окон, дернулись вверх – словно в такт отчаянному многоголосому вою изнутри… и пропали. Затем грохнуло еще раз, слабее – это провалилась вниз часть крыши. Сквозь образовавшуюся дыру к безоблачному небу лениво потянулся дымок – пока еще светло-серый, но становящийся все гуще и чернее.

– Вы умеете летать? – неожиданно спросил Раскона. – Как летают птицы.

– Нет, – растерянно отозвался комендант. – А…

– Придется научиться, – спокойно сказал маленький тан. – И времени у вас на это совсем немного. Роаге, Нейс, тащите тана хорунжего на стену.

Летать как птица старший хорунжий и не попытался. Он просто вопил – все полтораста футов, отделявших парапет от поверхности моря. Правда, до поверхности Тарк не долетел. Совсем немного, каких-то два-три дюйма – но эти дюймы представляли собой подводную скалу, наготу которой не успел скрыть начавшийся прилив.

Поднявшийся следом за моргвардами Диего Раскона полет бывшего коменданта вниманием не удостоил – маленького тана куда больше занимало происходящее в гавани, где «Вспыльчивый» уже отошел от берега и сейчас как раз готовился к развороту. Миг, другой… белый с красным флаг исчез, сдернутый с топа одним сильным рывком – и почти сразу же налетевший бриз развернул тугой комок другого знамени. Алый костер на белом – боевой стяг королевского флота Иторена.

Раскона улыбнулся – ка-лейтенант не смог отказать себе в удовольствии расхохотаться в лицо врагу. Что ж, возможно, это и к лучшему – чем больше глаз будут цепляться за ненавистный символ, тем позднее кто-нибудь обратит свое внимание на радужный отблеск в кильватере корабля.

– Батарея готова, м`тан!

– Подождите, мастер Мэттон, – Диего, прищурившись, вглядывался в кажущиеся игрушечно-хрупкими парусники. – Сначала пусть Гарсиа отыграет свою роль.

– Позволю заметить, м`тан! – канонир шумно откашлялся. – Правую часть гавани он по-любому не достает.

– А мы?

В голосе маленького тана явственно прозвучало сомнение. Хотя старший хорунжий не имел оснований жаловаться на слабость вверенного ему форта, большая часть доставшейся отряду Раскона мощи была для него бесполезна – тяжелые, способные насквозь простреливать гавань, пушки караулили своими жерлами морской простор. Их перетаскивание требовало куда больше сил и времени, чем имелось в распоряжении Диего. По-иному обстояло дело лишь с полу-батареей легких мортир, должных – согласно замыслу строителей крепости – служить угрозой тем, кто сумеет подобраться вплотную к стенам.