Пиали-паша покинул Гезлев и поспешил казакам па- встречу.

Казаки не ждали турок. На чайку большую пушку не поставишь, да и малых мортир было у них на этот раз всего две дюжины.

Надо было галеры на абордаж брать, чтоб ядра через голову летели, чтоб драться саблями, врукопашную. А казаки, напоровшись на турецкие галеры, стали раздумывать. Замешательство было короткое, но опытному Пиали-паше хватило времени. Он приказал бесстрашному Жузефу отрезать казакам путь назад в Азовское море.

Загремели турецкие пушки.

Поняли казаки: плохо их дело. Развернулись и стали уходить в сторону Тамани. Тут как раз и врезался Иванов корабль в строй турецких галер.

Турки чужака сначала за своего приняли, но Пиали-пашу провести было невозможно. Тотчас с его галеры пришел запрос: “Что за корабль? Почему он ломает строй?”

И тут один из турецких матросов выбежал на нос Иванова корабля и закричал:

– У нас - казаки!

Его застрелили, да дела уже поправить было невозможно.

Турки замешкались.

Палить? По своим попадешь, да и как бы паника не вспыхнула. Один выход - взять корабль на абордаж.

– Пали, братцы!
– заорал Иван, и корабль ахнул левым бортом в упор, в бок турецкой галеры. Все пять ядер - в цель. Запылало, грохнуло, галера - надвое.

Взрывом Иванов корабль качнуло, вдарило кормой о турецкую галеру справа и вынесло перед флотом, под огонь всех турецких пушек.

– В лодку!
– успел крикнуть Иван, а сам вниз, в кубрик, схватил Фирузу, выволок на палубу, передал ее в лодку и сам прыгнул.

Тут с галер сверкнули молнии, и Иванов покинутый корабль запылал.

Казаки, дивясь нежданной и странной помощи, уходили все дальше, и за ними гналась лодка, покинувшая пылающий турецкий корабль.

За лодкой тучей надвигались турецкие галеры.

Казачий флот, шедший в набег на Кафу, получив отпор, укрылся в устье реки Кубань. На беду воды в реке было много. Турецкие галеры вошли в Кубань, следом за чайками. Чайки бросились врассыпную, прячась в камышах, как глупые утята от болотного сипа.

Лодка Ивана метнулась вслед за шустрой и упрямой чайкой. На этой чайке шла ватага Худоложки. Ворвавшись в плавни, казаки упрямо лезли вглубь, без роздыху. Худоложка поставил на носу лодки самых сильных казаков прорубать дорогу в камышах, а когда все выдохлись, Иван, не ожидая приглашения, встал со своей лодкой впереди и сам рубил камыши, покуда сабля не выпала из рук.

Вышли на чистую воду: озерко среди камышей. Тут бы и остановиться, а Худоложка дальше погнал. Спрыгнул в воду, задвинул лодку в камыши, по грудь вязнет вода ледяная, а он знай себе прет. Потом залез обратно в чайку, других казаков в воду погнал.

Кто-то провалился, ойкнул. А у Худоложки усы, как у кота, дыбом встали. Шепнул, что тебе в бочку рявкнул:

– Не пикать!

И в этот миг раздался пушечный залп. Камыши заорали, истошно и смертно.

– Картечыо, сволочи, бьют!

Худоложка опустил голову, но тотчас - орлом на казаков.

– Лезь, братва, в самую топь, если жить не надоело.

Над камышами - фонтанами грязь, щепкп разбитых чаек,

вопли о помощи тонущих в трясине.

Помереть в чистом поле, на глазах товарищей, или в болоте пропасть - не одно и то же. Не казацкая эта смерть - в болоте тонуть.

Камыши снова стали податливыми, чайка Худоложки и лодка Ивана выбрались снова на чистую воду.

Старый сухой камыш запылал. Сначала это были факелы, потом костры, но костры слились и стали огненным валом.

Казаки с чайки Худоложки выгребали на середину прогалины и мочили парус.

– Разорвите парус пополам, для второй лодки, - приказал Худоложка.

Принимая парус, Иван вдруг увидал Георгия.

– Ты?!

– Иван?

– Ложись!
– загремел Худоложка.
– Ложитесь все и богу молитесь. Господи, все казачье войско погибло. О господи! Буду жив, с десять коробов насолю вам, проклятые нехристи. Наплачете вы у меня второе Черное море!

Дохнуло жаром.

Худоложка захлебнулся пеплом и дымом и нырнул под парус, как сурок ныряет от врага в нору.

Прогудело, как в пустой печи, обожгло, и тихо стало.

Выглянул Иван из-под тлеющего паруса - черно кругом.

В небе, поднятые ветром, словно страшная отая воронов, кружили черные хлопья пепла.

В тишине звенели голоса турок. Шлепали весла. Турки устроили охоту на утят.

Уж больно солоно приходилось туркам от казачьих набегов, пробил час мести, и победители торжествовали всласть.