– Давай, – согласился собутыльник. Я, думаю, на земле праотцов даже с пришлым выпить не грех.

– Это верно!

И они выпили. После этого захода Мотю окончательно развезло и понесло его! Наговорил такого, что у собутыльника, хоть тот тоже был изрядно под шафе, аж глаза в растопырку. И, что же вы думаете, Мотя так ни хрена и не понял, зачем он все-таки это сделал. Ведь он прекрасно понимал, что собутыльник такого ему не спустит. И точно! Очнулся Мотя, увы, уже не дома. Но все же Мотя в конечном итоге не проиграл, а выиграл. Ведь именно он, полковник Российской разведки Иван Иванов сумел скомпрометировать одного из лучших агентов вражеской разведки, так яростно дезинформировав последнего. Ибо никто так не был некомпетентен в вопросак службы, как полковник Иванов. Ведь и полковника-то ему присвоили, чтобы не называть его половником.

02.11.92

МАЛОСТЬ ПОСПЕШИЛИ

Это было событием для всего ада. А почему бы и нет. Ведь всколыхнул же полет первого космонавта все цивилизованные страны мира, да и не только цивилиэованные. Даже жители Крайнего Севера России, эти истинные дети природы, и те поняли, что случилось что-то неординарное. Иначе, почему именно в канун двенадцатого апреля и в их забытой всеми глубинке, наконец, прозвучали позывные первого радио.Так что же, все-таки это за событие? На первый взгляд в нем нет ничего особенного. И если сам Сатана соизволил почтить его своим августейшим вниманием, то с равным успехом он мог бы и не делать этого. Но как говорится, что сделано, то сделано. И вот что сказал Сатана в присутствии тысяч и тысяч ( своих) почитателей во всю мощь своих Архангельскик легких. Из сказанного начальником ада вы я думаю и сами поймете, что все же nроизошло, ибо излагает он свои мысли всегда на редкость дельно и толково.

– Друзья, – гремел Сатана, – в этот торжественный час мы собрались вместе для того, чтобы отдать должное таланту и мужеству Архидьявола Бельфогора – зтого великого сына нашей земли. Он первым из первых добился – желаемого, а именно: установил беспроигрышный контакт с жителями внешнего мира, то есть людьми. И вот теперь он еше более покорил наши сердца, свершив поистине небывалое, сыграв роль в одной из картин режиссера внешнего мира. А ведь в бытность его среди нас, он и двух слов-то толком не мог сказать. На него даже дети малые и те указывали копытом, как

на полного идиота, и это поистине замечательно, ибо это лишний раз неоспоримо покаэывает то, как велико все-таки умственное превосходство нашего народа над жителями внешнего мира. Так гаркнем же троекратное ура в честь очередной победы на¬шего разума.

Сказав это, Сатана мгновенно заткнул уши. Уж кто-кто, а он знал, на что способны его подчиненные и, надо отдагь ему должное, он не ошибся. Рев был настолько силен, что даже с напрочь заткнутыми ушами Сатана слышал его более чем отчетливо. После того как приветствие, наконец, окончилось, Сатана приказал спустить экран и начать показ фильма.

В црошлом знаменитый звездный волк, а нынче почетный пенсионер Галактического значения Том Джонс прямо-таки не находил себе места.

– Черт его что ли забрал? Куда же оно все-таки делось? Ведь только два часа назад я видел его, вот на этом самом месте, – при этих словах он ткнул пальцем, похожим на волосатую сардельку, в окно, образовавшиеся на протвине инкубатора остальные 19 яиц при этом как-то невесело подпрыгнули. – Ваше счастье, что я сегодня в хорошем настроении, в противном случае, ваши медные лбы вряд ли бы остались целыми, – рявкнул на них Том, закрывая инкубатор. – Ну и бестолочи все-таки, им видите ли все равно, сколько их там, а вот мне не все равно. Я может за зто яйцо заплатил порядочную сумму. А хоть бы и непорядочную, что из того, яйцо-то все-таки мое, и пропало оно не у кого-нибудь, а у меня. И стало быть ни кто-нибудь, а я должен быть зол. Ох, как я зол! Джуди, – рявкнул Том во всю мощь своей богатырской глотки.

– Я здесь шеф, – отозвался робот-домоправитель, поспешно подкатив на зов хозяина.

– Слушай, ты не видел куда подевалось яйцо из инкубатора? Сейчас их там 19, а было всего каких-нибудь два часа назад 20.

– Нет, шеф, просто не представляю, лично я не заметил ничего подозрительного, – сказал робот, стараясь запихнуть яйцо как можно дальше внутрь своей трубчатой руки.

– А, ладно, – махнул рукой Том, – могло быть

и хуже. Налей-ка мне, браток, вина, может выпив

• удастся успокоится. – После четвертой стопки Том и в самом деле начал успокаиваться, а после седьмой и вовсе успокоился окончательно. Решив, наконец, удовольствоваться тем, что у него осталось.И вот в этот самый момент кто-то тихо, но настойчиво позвал его откуда-то с боку. Обернувшись на зов, Том с удивлением обнаружил высунувшегося наполовину из стены дьявола, шестипалые кисти которого были плотно сжаты в кулаки. Дьявол нагло ухмылялся. – Ты зачем здесь? – тоже тихо, но уже по змеиному прошипел Том. – Ты что, идиот, забыл что ли о конспирации? Ведь, если прознают, дело точно не выгорит.

– Не прознают, – успокоил его дьявол. – Мы эти кадры вырежем.

– И все-таки зачем ты здесь? – не унимался еще не совсем успокоившийся Том, он же Бельфогор.

– Да, ты что, до сих пор и вправду не догадался, для чего я тут? – От удивления дьявол, которого звали Бен, даже выпучил глаза.

– А то стал бы я спрашивать, больно мне нужно

с тобой разговаривать. Кто ты, а кто я? – При этом Том с явным презрением взглянул на Бена.

– Это верно, – нехотя согласился Бен, хоть ему было и обидно. – Что ж не буду больше томить неведением такую важную персону. Короче, видя, что ты можешь завалить все дело, Босс послал меня, чтобы я незаметно подкинул тебе пару яиц. Одно вместо потерявшегося, а другое, на всякий случай, вдруг ты недотепа, потеряешь

и это. – Сказав это, Бен катанул оба яйца прямехонько к ногам Тома. После чего он словно бы провалился сквозь стену.

– Ах, вот вы где, – только и нашелся сказать Том. И тут в голове его, наконец-то, сработали предохранители. – Бог мой, а ведь этого нет в сценарии. А в аду в это время уже начали торжественный подъем флага.

8. мая 1992

Чересчур говорливый

– Кроги, так ты не убил его? – глаза Хила Блейзера метали молнии.

– А зачем бы я стал делать это? Я же не сумасшедший.